• по
Более 48000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус


ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 26 сентября 2012 года Дело N А07-4078/2012

Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2012 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2012 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бояршиновой Е.В.,

судей Тимохина О.Б., Толкунова В.М.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Соловьевой В.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 29 по Республике Башкортостан на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.06.2012 по делу N А07-4078/2012 (судья Ахметова Г.Ф.).

В заседании приняли участие представители:

Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 29 по Республике Башкортостан - Маннанова Л.А. (доверенность от 30.03.2012 N 805),

общества с ограниченной ответственностью «Камея» - Захаров А.Е. (доверенность от 08.12.2011 N 254).

Общество с ограниченной ответственностью «Камея» (далее - заявитель, общество, налогоплательщик, ООО «Камея») обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 29 по Республике Башкортостан (далее - заинтересованное лицо, инспекция, налоговый орган) от 29.12.2011 N 86 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, с учетом изменений, внесенных решением Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан от 24.02.2012 N102/06.

Определением суда от 10.04.2012г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель Новоселова Наталья Насимовна (далее - третье лицо, предприниматель, управляющий, ИП Новоселова Н.Н.).

Решением суда первой инстанции от 26.06.2012 заявленные требования общества удовлетворены, решение инспекции признано недействительным.

В апелляционной жалобе налоговый орган просит решение суда отменить, в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела, в удовлетворении заявленных требований отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заинтересованное лицо сослалось на получение обществом необоснованной налоговой выгоды в связи с занижением налоговой базы по налогу на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) и единого социального налога (далее - ЕСН), в связи с заключением договора на управление обществом с ИП Новоселовой Н.Н., что не имело разумной деловой цели, поскольку Новоселова Н.Н. ранее являлась исполнительным директором общества и его учредителем. Кроме того, стороны договора являются взаимозависимыми лицами, поскольку Новоселова Н.Н. является женой одного из учредителей ООО «Камея».

Налоговый орган ссылается на то, что трудовые обязанности Новоселовой Н.Н. после заключения договора на управление, место осуществления деятельности и условия труда не изменились, однако оплата по договору выросла в десять раз по сравнению с заработной платой в должности исполнительного директора, регистрация в качестве индивидуального предпринимателя произведена незадолго до заключения договора, вознаграждение по договору носило фиксированный размер, не зависело от объема выполненной работы и выплачивалось ежемесячно, что характеризует данные выплаты как заработную плату.

Из содержания актов сдачи-приемки выполненных работ не представляется возможным определить, какие услуги по управлению обществом были оказаны и в каком объеме, какую работу выполнила управляющая для заказчика.

Отсутствие экономической целесообразности заключения договора подтверждается тем, что прибыль общества за спорные периоды не возросла.

Заявителем представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором отклонены доводы инспекции.

Так, налогоплательщик ссылается на то, что заключение договора на управление обществом отвечало разумным деловым целям, не противоречило законодательству, а также произвело реальный экономический эффект, выразившийся в расширении производства, объема сбыта и выручки, что подтверждается конкретными показателями финансово-экономической деятельности предприятия.

Кроме того, заявитель указывает, что налоговый орган не вправе оценивать экономическую целесообразность деятельности самостоятельных хозяйствующих субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность на свой страх и риск.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом; в судебное заседание третье лицо не явилось. С учетом мнения заявителя и заинтересованного лица в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие третьего лица.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка деятельности ООО «Камея» по вопросам соблюдения налогового законодательства, по результатам которой составлен акт проверки от 25.11.2011 N 82 (т.2, л.д.20-103) и вынесено решение от 29.12.2011 N 86 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, которым заявителю, доначислены налоги в общей сумме 949 514 рублей, пени в сумме 222 452,14 рублей, штрафы в размере 185 374,80 рублей (т.1, л.д. 17-71).

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан от 24.02.2012 N 102/06 (т. 1 л.д. 74-78), вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы общества, решение инспекции изменено в части доначисления НДФЛ в сумме 13 000 рублей, соответствующих пени и штрафа по ст.123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ).

Общество, полагая, что решение инспекции с учетом изменений, внесенных решением Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан, не соответствует нормам Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности, обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании указанного ненормативного правового акта недействительным в части.

Удовлетворяя требования общества, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии доказательств недобросовестности налогоплательщика и получении им необоснованной налоговой выгоды.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются верными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Как следует из постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежаще оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Как установлено налоговым органом в ходе проверки, общество в проверяемом периоде осуществляло пошив спецодежды и применяло общую систему налогообложения.

Учредителями общества в 2008 - 2010 гг. являлись Новоселов В.Л. (вклад в уставный фонд общества 64%), Новоселова Н.Н. (вклад в уставный фонд общества 30%), Голубьева Н.В. (вклад в уставный фонд общества 6%).

Обществом на основании решения общего собрания учредителей от 29.10.2007 с ИП Новоселовой Н.Н. был заключен договор от 29.10.2007 N 39/1 передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества, которая до этого являлась исполнительным директором общества.

Незадолго до вступления в договорные отношения с обществом Новоселова Н.Н. была зарегистрирована налоговым органом в качестве индивидуального предпринимателя, основной вид деятельности предпринимателя заявлен как консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления.

Индивидуальный предприниматель не имеет основных средств, осуществляет деятельность по адресу: Республика Башкортостан, г. Нефтекамск, ул. Индустриальная, 7, который является адресом местонахождения ООО «Камея».

С момента регистрации ИП Новоселова Н.Н. применяла упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения «доходы».

Как указано в оспариваемом решении налогового органа, фактический размер ежемесячного вознаграждения Новоселовой Н.Н. не был обусловлен конкретным объемом оказываемых в течение месяца услуг, что характерно для отношений регулируемых гражданско-правовым договором по оказанию услуг, а указанные выплаты не ставятся в зависимость от увеличения объема выручки и носят периодический (ежемесячный) характер, на основании чего налоговый орган делает вывод о квалификации заключенного с Новоселовой Н.Н. договора, как трудового.

Из анализа уставов ООО «Камея» от 05.01.1999, 29.10.2007 и заключенного договора от 29.10.2007 N 39/1 инспекцией сделан вывод о том, что функции генерального директора общества и управляющего дублируются, однако в качестве управляющего ИП Новоселова Н.Н. получила вознаграждение в 10 раз больше по сравнению с доходом генерального директора ООО «Камея».

Инспекция отмечает, что при этом показатели финансово-экономической деятельности ООО «Камея», а именно выручка от продажи товаров так значительно не увеличились.

При осуществлении управления обществом ИП Новоселова Н.Н. придерживалась рабочего графика Общества, подчинялась внутреннему трудовому распорядку, использовала материально-технические ресурсы общества, что подтверждается, по мнению инспекции, показаниями бывших работников заявителя.

Кроме того, в решении налоговый орган, ссылаясь на ст. 20 НК РФ, указывает на взаимозависимость участников сделки, что, по мнению инспекции, является одним из обстоятельств, свидетельствующим о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды при взаимоотношениях с ИП Новоселовой Н.Н. поскольку данные взаимоотношения оказывают влияние на сделки, совершаемые от имени общества.

В качестве доказательств взаимозависимости налоговый орган ссылается на то, что учредителями ООО «Камея» являются ИП Новоселова Н.Н (вклад 30 %) и Новоселов В.Л. (вклад 64 %), который также является председателем общего собрания участников ООО «Камея», а также то, что Новоселова Н.Н. является супругой Новоселова В.Л.

Исходя из данных обстоятельств, налоговый орган считает, что у общества отсутствовала экономическая целесообразность заключения договора от 29.10.2007 N 39/1 передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества ИП Новоселовой Н.Н. и переквалифицирует правоотношения, возникшие между сторонами данного договора, на трудовые.

Однако данные обстоятельства суд апелляционной инстанции не может признать достаточными для вывода о недобросовестности общества и совершении им действий, направленных на уклонение от уплаты налогов.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 N 320-О-П и N 366-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность управленческих и хозяйственных решений субъекта предпринимательской деятельности не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (ст. 8, ч. 1, Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

В Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» также отмечено, что обоснованность получения налоговой выгоды не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Таким образом, планирование предпринимательской деятельности, в том числе, в отношении видов и целей деятельности, получения доходов и необходимости осуществления соответствующих расходов не входит в компетенцию налоговых органов.

Право общества передать полномочия единоличного исполнительного органа управляющей организации по договору предусмотрено ст. 42 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также Уставом общества.

Заявитель реализовал указанное право, приняв решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему - ИП Новоселовой Н.Н.

В апелляционной жалобе инспекция указывает на то, что обществом не доказана связь между привлечением управляющего и ростом экономических показателей общества.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанной позицией налогового органа, поскольку материалами дела установлено, что заявитель, неоднократно представлял пояснения, расчеты, бухгалтерские документы относительно показателей прибыльности как при проведении проверки, так и в ходе судебного разбирательства.

Так общество указывало, что для обеспечения стабильной работы производства, возникла необходимость в расширении рынка сбыта и, соответственно, открытия дочерних предприятий в других регионах страны.

Управляющей были определены регионы интенсивной потребляемости продукции Общества (г. Москва, г. Санкт-Петербург, юг России с центром в г. Кисловодске, столица Урала в г. Екатеринбург), созданы пять устойчивых обществ с ограниченной ответственностью - 1) ООО «ТД «Камея»; 2) ООО «МедМода»; 3) ООО «Все цвета белого»; 4) ООО «Камея Балтика»; 5) ООО «Камея Юг» в пяти городах России: 1) Уфа; 2) Москва; 3) Екатеринбург; 4) Санкт-Петербург; 5) Кисловодск.

Реализация продукции ООО «Камея» в абсолютных цифрах увеличилась с 22 000 000 рублей по итогам 2006 г., до 51 000 000 рублей в 2011 г.

Объем реализации ООО «ТД «Камея» в 2011 году достиг 74 000 000 рублей.

Объем реализации в вышеперечисленных обществах составил 2/3 общих объемов реализации от ООО «ТД «Камея», составил примерно 49 330 000 рублей.

Заявитель отмечает, что деловая цель, которую поставило перед собой ООО «Камея», при заключении договора N39/1 от 29.10.2007, достигнута, что подтверждается финансово-экономическими параметрами управляемого Общества, отраженными (в части) в бухгалтерской отчетности ООО «Камея».

Довод инспекции о том, что аналогичные функции в обществе мог выполнять генеральный директор, не имеет правового значения, поскольку ИП Новоселова Н Н. с момента заключения договора за вознаграждение приняла на себя осуществление всех полномочий единоличного исполнительного органа общества (полное управление обществом). Полномочия генерального директора были прекращены.

Ссылки инспекции на то, что акты оказанных услуг не позволяли определить, какие именно услуги оказаны управляющим обществу, что не позволяет проверить обоснованность выплаченного ей вознаграждения, судом апелляционной инстанции также отклоняются, как не основанные на нормах законодательства.

В актах приемки-передачи оказанных услуг содержится информация о том, что услуги оказаны за определенный период времени в соответствии с условиями договора на управление.

Кроме того, согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 20.01.2009 N 2236/07, п. 5 ст. 38 НК РФ определяет услугу как деятельность, результаты которой не имеют материального выражения, реализуются и потребляются в процессе осуществления этой деятельности.

Из названной нормы следует, что результаты оказанных услуг по управлению Обществом не имеют единицы измерения, количественный объем и цену единицы измерения, поскольку не имеют материального выражения.

В связи с этим, стоимость оказанных услуг подтверждается актами приемки-передачи, с указанием на выполнение услуг в соответствии с условиями договора.

При этом отчеты об оказанных услугах были утверждены на общих собраниях учредителей.

В отношении ИП Новоселовой Н.Н. налоговым органом не установлено признаков недобросовестности. Факт отражения в бухгалтерском и налоговом учете предпринимателя соответствующей хозяйственной операции и исчисления сумм налогов инспекцией не опровергается.

Налоговым органом не представлено доказательств, что в своей деятельности ИП Новоселова Н.Н. использовала исключительно материально-технический ресурс общества и не несла собственных расходов, связанных с осуществлением деятельности в качестве управляющего.

Как следует из представленных обществом договоров, ИП Новоселова Н.Н. являлась управляющей еще в ряде юридических лиц.

Ссылки инспекции на взаимозависимость сторон сделки судом апелляционной инстанции отклоняются как не имеющие правого значения для данного дела, поскольку сделать вывод о недобросовестности налогоплательщика на основании взаимозависимости лиц можно, только если такая взаимозависимость повлияла на результаты совершенных сделок, и имеются согласованные действия, направленные на уклонение от уплаты налога. Взаимозависимость контрагентов не может однозначно свидетельствовать о необоснованности полученной налоговой выгоды. Последняя лишь может быть признана таковой, если взаимозависимость повлияла на ценообразование.

Довод инспекции о том, что Новоселова Н.Н. подчинялась внутреннему трудовому распорядку общества основан лишь на показаниях рядовых сотрудников общества (швеи, уборщицы), прекративших трудовые отношения с обществом вскоре после заключения договора управления, которые не могли быть осведомлены о природе в связи с чем представляется недоказанным.

Более того, само по себе нахождение управляющего на территории предприятия и осуществлением им деятельности в предоставленном обществом помещении не доказывает наличие трудовых отношений между обществом и третьим лицом, поскольку стороны договора сами определяют наиболее эффективные формы и способы осуществления управляющим полномочий единоличного исполнительного органа, а выполнение своих функций непосредственно на управляемом предприятии с учетом графика его функционирования не противоречит обычаям делового оборота.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что факт оказания услуг управления документально подтвержден, экономическая целесообразность привлечения управляющего обоснованна, оснований для квалификации отношений общества с ИП Новоселовой Н.Н. как трудовых не имеется.

С учетом изложенного, вывод инспекции об экономической необоснованности передачи функций единоличного исполнительного органа ИП Новоселовой Н.Н. не основан на нормах действующего налогового законодательства и доказательствах, имеющихся в материалах дела.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии достаточных доказательств, которые бы бесспорно свидетельствовали о получении необоснованной налоговой выгоды заявителем при осуществлении своей деятельности.

В рамках рассмотрения апелляционной жалобы таких доказательств налоговым органом также не представлено.

Между тем, согласно ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд может отменить или изменить решение арбитражного суда первой инстанции только в том случае, если установит неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Таких оснований апелляционным судом не установлено.

Как усматривается из решения, судом первой инстанции полно выяснены все обстоятельства, имеющие значение для дела, рассмотрены и оценены доводы обеих сторон, сделанные выводы подтверждены ссылками на доказательства, приобщенные к материалам дела, и соответствуют установленным обстоятельствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах, апелляционная жалоба инспекции подлежит отклонению, решение суда первой инстанции - оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.06.2012 по делу N А07-4078/2012 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 29 по Республике Башкортостан - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Федеральный арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Е.В. Бояршинова

     Судьи
О.Б.Тимохин
В.М.Толкунов

Электронный текст документа

подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:

файл-рассылка

Номер документа: 18АП-8516/2012
А07-4078/2012
Принявший орган: Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд
Дата принятия: 26 сентября 2012

Поиск в тексте