• по
Более 54000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ МУРМАНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
 

от 30 июня 2011 года Дело N 22-1244/2011
 

г. Мурманск 30 июня 2011 года

Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего Саломатина И.А.,

судей Грабельниковой Е.Л., Тимченко В.А.,

при секретаре Тилькиджи К.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании от 30 июня 2011 года кассационные жалобы осужденного Писклина С.А. и адвоката Антас К.А. на приговор Первомайского районного суда г. Мурманска от 04 апреля 2011 года, которым

Писклин С.А., *** года рождения, уроженец г. ***, несудимый;

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Грабельниковой Е.Л., пояснения осужденного Писклина С.А. с применением средств видеоконференц-связи и адвоката Антас К.А., поддержавших кассационные жалобы, мнение прокурора Донецкого Д.В., полагавшего необходимым оставить приговор без изменения, судебная коллегия

Установила:

Писклин С.А. признан виновным в совершении убийства, т.е. умышленном причинении смерти другому человеку.

Преступление, как установил суд, совершено им в период времени с 17 часов 46 минут до 24 часов 25 июня 2010 года в г. *** при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В кассационной жалобе осужденный Писклин С.А. просит отменить приговор в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также с допущенными судом нарушениями уголовно-процессуального закона.

В обоснование жалобы утверждает, что у него не было мотива для убийства Н.С.., а выводы суда о том, что преступление было совершено им на почве личных неприязненных отношений, возникших из-за имеющихся у погибшего перед ним долгов, опровергаются исследованными в суде доказательствами: показаниями родителей Н.С. о том, что их сын никогда не говорил им о существовании каких-либо материальных проблем, всегда уважительно отзывался о нем (Писклине С.А.); а также показаниями учителей, которые в период их обучения в школе не видели между ними ссор и конфликтов.

Утверждает, что не мог совершить убийство, так как в указанное в приговоре время находился в гостях у С.., а затем общался с Л., что подтверждается показаниями указанных свидетелей.

Считает, что убийство было совершено другим лицом, которое не было установлено в ходе предварительного следствия. При этом, обращает внимание на то, что у Н.С. на теле были обнаружены многочисленные повреждения, которые могли образоваться в ходе борьбы, а на его (Писклина С.А.) теле никаких следов не было, хотя погибший был значительно крупнее его по комплекции.

Заявляет, что в ходе предварительного следствия оговорил себя, а в суде давал правдивые показания, которые были необоснованно отвергнуты. Давая подробную оценку положенным в основу приговора доказательствам, указывает на то, что они не подтверждают его первоначальные признательные показания, а, напротив, опровергают их. Считает, что судом нарушены требования ст. 77 УПК РФ.

Указывает на то, что суд, в нарушение требований уголовно-процессуального закона, по собственной инициативе сделал запрос в ОАО *** о предоставлении информации о входящих и исходящих соединениях с мобильного телефона потерпевшего, а затем возобновил судебное следствие для того, чтобы исследовать полученный ответ, не предоставив ему возможность предварительно с ним ознакомится.

Обращает внимание на то, что в протоколе судебного заседания в полном объеме отсутствует его речь в прениях, а также на то, что копия приговора была вручена ему через 21 день после его провозглашения.

В кассационной жалобе адвокат Антас К.А., приводя в её обоснование те же доводы, что и осужденный, выражает несогласие с приговором и просит его отменить, а уголовное дело в отношении Пислина С.А. прекратить в связи с непричастностью его к убийству Н.С.

При этом дает подробный анализ признательных показаний Писклина С.А., данных им в ходе предварительного следствия, находя их не логичными, противоречащими другим исследованным судом доказательствам. Заявляет, что Писклин С.А. оговорил себя под воздействием угроз со стороны лица, которое действительно совершило преступление, а также под давлением сотрудников милиции.

Утверждает, что осужденный не мог совершить преступление в тот промежуток времени, который указан в приговоре, так как в это время находился в гостях у свидетеля С.

Считает, что суд необоснованно отверг доводы стороны защиты о том, что Н.С. мог быть убит неустановленным лицом, в том числе по имени А. При этом обращает внимание, что родители погибшего называли в числе его друзей М. Кроме этого, суд не дал оценки тому факту, что на месте происшествия были обнаружены два следа пальцев рук, не принадлежащие Писклину С.А., а также тому, что способ удушения, продемонстрированный им при проверке показаний на месте, не соответствует выводам экспертизы трупа.

Государственный обвинитель Гусаров А.Н. в возражениях находит доводы кассационных жалоб осужденного и его защитника несостоятельными, полагая, что вина Писклина С.А. доказана совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, в связи с чем просит оставить жалобы без удовлетворения, а приговор - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения, полагая приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности Писклина С.А. в умышленном убийстве Н.С., вопреки утверждению стороны защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на исследованных в ходе судебного заседания доказательствах: показаниях Писклина С.А., данных им в ходе предварительного следствия, показаниях потерпевших С.В. и Н.М.., свидетелей С.., Л. и других, протоколах следственных действий, заключениях экспертиз, вещественных и иных доказательствах, должный анализ и оценка которым дана в приговоре.

Так, из оглашенных показаний Писклина С.А., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что Н.С. часто занимал у него деньги, но не отдавал их, в связи с чем он решил применить к нему физическую силу, т.е. напугать. В начале июня 2010 года у своего знакомого Л. он взял ключ от гаража № ***, которым тот пользовался с разрешения хозяина, пообещав заплатить деньги за его аренду. Несколько дней он ходил в гараж, чтобы его приход туда с Н. впоследствии не вызвал бы подозрений у хозяев соседних гаражей.

25 июня 2010 года в 18 часов он встретился с Н.С. на конечной остановке общественного транспорта и они вместе пошли в гараж. В ходе разговора, происходящего в машине «***», Н. пожаловался, что разбил экран на своем мобильном телефоне и просил в долг денег на его ремонт. Он ему отказал, напомнив про предыдущие долги. Готовясь применить насилие, он положил на пол в машине шарф, который хотел накинуть на шею Н. и немного придушить, чтобы тот испугался. Однако Н.С. сказал, что ему нужно идти домой, в связи с чем они покинули гараж и пошли к остановке, где расстались. Он (Писклин С.А.) пошел домой к С.., где выпил таблетку от головной боли.

Возвращаясь, он встретил Н., который все еще находился на остановке. Он снова уговорил его пойти в гараж, так как сильно на него разозлился и решил завершить задуманное. Во время разговора, происходящего на заднем сиденье машины, между ними возникла потасовка. Затем он схватил Н. руками за шею и стал душить, спрашивая, когда тот вернет ему долг. Когда тот перестал сопротивляться, он отпустил его. Н.С. не подавал признаков жизни, в связи с чем он решил, что задушил его. Тогда он забрал у Н. мобильные телефоны, которые намеревался выбросить, чтобы того никто не мог найти. Уходя из гаража, он услышал, что Н.С. начал кашлять. Тогда он вернулся, через открытое окно просунулся внутрь машины, взял лежавший там шарф, обмотал им шею Н., приподняв его голову, и потянул за концы шарфа обеими руками в разные стороны. Когда Н.С. перестал подавать признаки жизни, он отпустил его и ушел, закрыв гараж на ключ.

При проверке на месте Писклин С.А. подтвердил свои показания об обстоятельствах совершенного им преступления, данные в качестве подозреваемого, подробно описал и продемонстрировал свои действия, что зафиксировано в протоколе соответствующего следственного действия и фототаблице к нему.

Суд дал правильную оценку этим показаниям как допустимым и достоверным и обоснованно положил в основу приговора, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и подтверждаются другими исследованными доказательствами.

Так, из показаний свидетеля Писклиной И.С. следует, что 25 июня 2010 года её сын ушел из дома около 17 часов и вернулся около 24 часов. Как она поняла, он по мобильному телефону договорился встретиться с Н.С..

Потерпевшая Н.М. суду показала, что последний раз она разговаривала с сыном 25 июня 2010 года около 19 часов 30 минут, он пообещал ей скоро прийти домой.

Потерпевший С.В. суду показал, что в тот же вечер примерно в 22-23 часа он звонил Писклину И.С., но тот сказал, что не видел их сына.

Согласно показаниям свидетеля С. 25 июня 2010 года около 19 часов 30 минут осужденный звонил ему по мобильному телефону и просил таблетку от головной боли. Через некоторое время Писклин С.А. пришел к нему домой, принял таблетку, они выпили чаю, пообщались и тот ушел, сказав, что пойдет в гараж доделывать свой автомобиль. В тот же вечер около 22 часов он видел Писклина С.А. и Л.., они катались на машине по городу.

Свидетель Л. в суде подтвердил, что встречался с Писклиным С.А. вечером того дня, когда пропал Н.С. Писклину С.А. звонили на мобильный телефон учителя или родители и спрашивали, не видел ли он его. Писклин С.А. ответил, что с Н. он не встречался. В этот вечер и на следующий день Писклин С.А. жаловался на плохое самочувствие, ключи от гаража № *** ему не отдал, попросил разрешить его друзьям пользоваться им еще несколько дней, сказав, что они дополнительно заплатят за аренду. Через три дня, когда сотрудники милиции решили проверить гаражи, Писклин С.А. пытался незаметно передать ему крышку от мобильного телефона, но он не понял для чего и не взял её. По дороге в гаражный массив Писклин С.А. сказал ему, что убил Н.С. в гараже № ***, и просил не сообщать об этом сотрудникам милиции, пообещав избавиться от трупа.

Из показаний свидетеля К. следует, что именно она вечером 25 июня 2010 года звонила Писклину С.А. по мобильному телефону и интересовалась тем, где находится Н.С.., так как знала о том, что они договаривались встретиться.

У суда не имелось оснований подвергать сомнению правдивость показаний указанных свидетелей, поскольку оснований для оговора осужденного они не имеют; показания давали, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ. Эти показания полны и последовательны, согласуются между собой и с другими доказательствами.

Так, из рапорта об обнаружении признаков преступления следует, что 21 июля 2010 года около 15 часов в гараже № *** ряда № *** автогаражного кооператива № ***, расположенного в районе остановки общественного транспорта *** в г. ***, был обнаружен труп мужчины с признаками удушения, который находился под задней частью автомобиля «***».

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 21 июля 2010 года, вокруг шеи трупа плотно обвязан шарф темно-зеленого цвета с рисунком в виде цветов, в карманах одежды обнаружены и изъяты проездной документ на имя Н.С.., кошелек, связка ключей, на переднем сиденье автомобиля «***» обнаружена кепка черного цвета, в бардачке - расписка, выписанная И. на имя Л. о том, что он доверяет ему и Т. заниматься ремонтом принадлежащего ему автомобиля «***».

С.В. опознал труп своего сына - Н.С., *** года рождения, по предметам одежды, что нашло отражение в соответствующем протоколе.

Из показаний свидетеля А. следует, что о причастности Писклина С.А. к убийству Н.С. сотрудникам милиции стало известно от Л. Полученная от него информация подтвердилась в ходе оперативно-розыскного мероприятия.

Результаты оперативно-розыскной деятельности были переданы органу предварительного следствия в установленном законом порядке, исследованы в судебном заседании и обоснованно признаны судом допустимыми доказательствами по уголовному делу.

После задержания у Писклина С.А. были изъяты мобильный телефон «***», принадлежащий Н.С.., а также мобильный телефон «***», на задней крышке которого выцарапана надпись «скажи что гараж ***». Свидетель Л. подтвердил свои показания в ходе очной ставки с Писклиным С.А., который признался в том, что задушил Н.С. шарфом.

Причиной смерти Н.С.., как следует из акта осмотра трупа и заключения эксперта, явилась механическая асфиксия в результате сдавления шеи петлей при удавлении. Смерть Н.С. наступила за 3-4 недели до момента обнаружения трупа.

Совокупность исследованных доказательств признана судом достаточной для вывода о виновности осужденного в инкриминируемом ему деянии и опровергает версию Писклина С.А. о том, что преступление могло быть совершено иным, неустановленным следствием лицом. Наличие на месте происшествия следов пальцев рук, не принадлежащих осужденному, не опровергает эту совокупность и не свидетельствует о его непричастности к убийству Н.С.

Каких-либо противоречий между продемонстрированным Писклиным С.А. в ходе проверки показаний на месте способом удушения Н.С. и сведениями, содержащимися в протоколах осмотра места происшествия и трупа, а также в выводах экспертного заключения, не содержится.

Вопреки утверждению стороны защиты, первоначальные показания Писклина С.А., положенные в основу приговора, также не содержат противоречий, являются полными и последовательными, согласуются с другими приведенными в приговоре доказательствами, в том числе и с показаниями свидетелей С. и Л.., на которые осужденный ссылается в кассационной жалобе в подтверждение своего алиби.

Доводы о том, что Писклин С.А. оговорил себя под давлением сотрудников милиции, не нашли своего подтверждения в судебном заседании и были обоснованно отвергнуты. Показания даны Писклиным С.А. в присутствии защитника, подтверждены в ходе очной ставки с Л. и при проверке их на месте.

Мотивом преступления, как установлено из показаний самого Писклина С.А., явились личные неприязненные отношения, а способ совершения преступного деяния свидетельствует о наличии у осужденного прямого умысла на убийство.

Таким образом, квалификация действий Писклина С.А. по ч. 1 ст. 105 УК РФ является верной. Оснований для оправдания осужденного и прекращения в отношении него уголовного дела не имеется, поскольку все доводы стороны защиты о его непричастности к совершению преступления были предметом тщательной проверки в суде первой инстанции и обоснованно отвергнуты по мотивам, изложенным в приговоре, с которыми судебная коллегия соглашается.

За совершенное преступление Писклину С.А. назначено справедливое наказание в соответствии с требованиями статей 6 и 60 УК РФ, т.е. с учетом характера и степени общественной опасности совершенного деяния, данных о личностях виновного, а также всех обстоятельств дела, влияющих на наказание.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденный, совершивший особо тяжкое преступление, должен отбывать наказание, определен судом правильно, в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, при рассмотрении дела не допущено.

Положения ст. 294 УПК РФ предусматривают возможность возобновление судебного следствия в случае, если одна из сторон заявила о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства. Как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие было возобновлено судом по ходатайству государственного обвинителя, который просил дополнительно исследовать вещественное доказательство - мобильный телефон «***», изъятый у Писклина С.А., а также заключение эксперта, что соответствует требованиям ст. 294 УПК РФ.

В соответствии со ст. 292 УПК РФ Писклину С.А. была предоставлена возможность выступить в прениях, что нашло свое отражение в протоколе судебного заседания. Речь осужденного в письменном виде, по его ходатайству, была приобщена к протоколу. Таким образом, доводы осужденного в этой части являются несостоятельными.

Однако, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания свидетеля П.., проводившего психофизическое исследование Писклина С.А. с использованием «полиграфа», как носящие предположительный характер, в связи с чем не имеющие, в силу требований п. 2 ч. 2 ст. 74 УК РФ, доказательственного значения, а также на распечатку детализаций входящих и исходящих соединений сотовой связи ОАО «***» с абонентского номера, которым пользовался Н.С.., поскольку она была получена по инициативе суда, т.е. с нарушением ст. 15 УПК РФ. Вместе с тем, исключение этих доказательств не влияет на законность, обоснованность и справедливость приговора.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ судебная коллегия, определила:

Приговор Первомайского районного суда г. Мурманска от 04 апреля 2011 года в отношении Писклина С.А. изменить:

Исключить из числа доказательств показания свидетеля П. и распечатку детализаций входящих и исходящих соединений сотовой связи ОАО «***».

В остальной части приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Писклина С.А. и адвоката Антас К.А. - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:



Электронный текст документа
подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка

Номер документа: 22-1244/2011
Принявший орган: Мурманский областной суд
Дата принятия: 30 июня 2011

Поиск в тексте