• по
Более 52000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КАЛМЫКИЯ
 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
 

от 12 марта 2010 года
 

г. Элиста 12 марта 2010 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего - Утунова Е.Н.,

судей - Пугаева М.С. и Андреева Э.Г.,

при секретаре - Дорджиеве Д.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению государственного обвинителя Мисаловой Р.Н. и представителя потерпевших - адвоката Нуриахметовой С.М. на приговор Кетченеровского районного суда Республики Калмыкия от 11 января 2010 года, которым

Я-в М.А., * мая 1953 года рождения, уроженец с. * Чистоозёрного района Новосибирской области, с высшим образованием, женатый, невоеннообязанный, проживающий по адресу: Республика Калмыкия, Кетченеровский район, п. *, несудимый,

оправдан по предъявленному ему обвинению по ч. 1 ст. 286 УК РФ ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.

Заслушав доклад судьи Андреева Э.Г. об обстоятельствах дела, существе приговора, доводах кассационных представления и жалобы, выступления прокурора Болдыревой Е.Н., поддержавшей доводы представления, представителя потерпевших - адвоката Нуриахметовой С.М., полагавшей приговор отменить по доводам, изложенным в её жалобе, мнение оправданного Я-ва М.А. и его защитников Педашева Г.И. и Ильжиринова В.И., полагавших приговор оставить без изменения, а кассационные представление и жалобу - без удовлетворения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

органом предварительного следствия Я-в М.А. обвинялся в том, что, являясь должностным лицом - первым заместителем главы администрации Кетченеровского районного муниципального образования Республики Калмыкия совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 года №162-ФЗ), совершённые при следующих обстоятельствах.

Я-в М.А., будучи первым заместителем главы Кетченеровского РМО являлся должностным лицом муниципальной службы, выполнявшим организационно - распорядительные функции в органах местного самоуправления. Для осуществления своих должностных полномочий и решения вопросов муниципального образования Я-в М.А. наделён правом подписи документов нормативно-правового характера, распоряжений и финансовых документов.

Уставом Кетченеровского РМО распоряжение имуществом муниципального образования, возложено на Собрание депутатов Кетченеровского РМО.

Я-в М.А., как первый заместитель главы администрации Кетченеровского РМО, не был уполномочен распоряжаться имуществом, находящимся в муниципальной собственности муниципального образования, а также в собственности граждан.

Однако он в последней декаде августа 2005 года, в ходе реконструкции дома № * по пер. * с. Кетченеры Кетченеровского района РК, явно выходя за пределы своих полномочий, в нарушение действующего законодательства, без проектного решения, из иной личной заинтересованности, выразившейся в стремлении угодить своему непосредственному руководителю - главе Кетченеровского РМО РК М-ву Н.В., получить от него взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении вопросов своей дальнейшей карьеры, решил демонтировать железобетонные плиты - покрытия указанного дома и безвозмездно передать их родной сестре М-ва Н.В. - М-вой Г.В.

С этой целью он, находясь в помещении администрации Кетченеровского РМО РК, расположенном по адресу: Республика Калмыкия, с. Кетченеры, ул. *, дом *, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий и желая их наступления, не получив разрешения собственников вышеуказанных помещений, без проектного решения, явно выходя за пределы предоставленных ему полномочий, дал устное незаконное указание директору МУП «ДСО» К-ву В.Я. произвести демонтаж плит - покрытий реконструируемого дома.

Директор МУП «ДСО» К-в В.Я., находясь в зависимом от Я-ва положении, был вынужден выполнить данное указание, организовав демонтаж 64,6 куб.м. железобетонных плит покрытий вышеуказанного дома стоимостью 264 000 рублей, с учётом 50 % износа на момент демонтажа.

В этот же период времени Я-в, находясь в вышеуказанном помещении администрации РМО, умышленно, реализуя свой преступный умысел, направленный на незаконное отчуждение плит - покрытий реконструируемого дома, для перевозки указанных железобетонных конструкций пригласил своего знакомого К-ва С.И., введя его в заблуждение относительно законности своих действий. Последний безвозмездно привлёк для этих целей автотранспорт ООО «Лексус-Н», а именно - три машины КАМАЗ и автокран. После чего Я-в отдал устное указание директору МУП «ДСО» К-ву организовать погрузку этих демонтированных плит для вывоза на животноводческие стоянки М-вой Г.В., расположенные на землях ГУП «Овата» Целинного района РК.

Директор МУП «ДСО» К-в, не зная о преступных намерениях Я-ва, действуя по его указанию, организовал погрузку демонтированных плит - покрытий с дома №* по пер. * с. Кетченеры Кетченеровского района РК на автомашины ООО «Лексус-Н», водители которых вывезли их на животноводческие стоянки М-вой Г.В., расположенные на землях ГУП «Овата» Целинного района РК, где разгрузили.

В конце сентября 2005 года Я-в, находясь в помещении администрации Кетченеровского РМО РК, явно выходя за пределы своих полномочий, действуя с прямым умыслом, с целью сокрытия своей преступной деятельности, дал незаконное указание директору МУП «ДСО» К-ву скрыть факт демонтажа железобетонных плит - покрытий в акте о приёмке выполненных работ за сентябрь 2005 года (форма №КС-2), в справке о стоимости выполненных работ и затрат за сентябрь 2005 года (форма КС-3) не указывать стоимость проведённых работ, связанных с их демонтажем, приход и отчуждение указанных строительных материалов по бухгалтерскому учёту не проводить. К-в отказался выполнить указание Я-ва М.А.

Между тем, как следует из письма Кетченеровского отделения филиала ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ» по РК от 4 марта 2008 года № 12/03/17, в соответствии с договором на передачу, продажу квартир в собственность граждан от 29 декабря 1992 года № 345 У-ва Н.П. является собственником квартиры № * в доме № *; в соответствии с договором на передачу, продажу квартир в собственность граждан от 16 декабря 1992 года № 320 и свидетельством о праве на наследство по закону от 7 мая 1996 года Н-ков А.В. является собственником квартиры № * в доме № *; в соответствии с договором на передачу, продажу квартир в собственность граждан от 4 апреля 1995 года А-ва З.Ц. является собственником квартиры № * в доме № *; в соответствии с договором купли-продажи от 31 января 1996 года администрация Кетченеровского РМО является собственником квартиры № * в доме № *; из распоряжения главы Кетченеровского РМО от 8 декабря 2005 года № 347 следует, что квартиры № № *, *, *, * в доме № * в 2005 году являлись объектами муниципальной собственности Кетченеровского РМО и находились на балансе МУП «Кетченеровское МПОКХ» на праве хозяйственного ведения.

В первой декаде октября 2005 года Я-в в помещении Кетченеровского РМО, умышленно, реализуя свой преступный умысел, действуя из иной личной заинтересованности, выразившейся в сокрытии совершённого им преступления, связанного с незаконным отчуждением 64,6 куб.м. железобетонных плит - покрытий дома №*, незаконно внёс в официальный документ - акт о приемке выполненных работ за сентябрь 2005 года заведомо ложные сведения, не отразив в графе раздела 1 «Кровля» локальный сметный расчёт работ по демонтажу 64,6 куб. м. железобетонных плит - покрытий дома №*.

Продолжая свои преступные действия, Я-в, с целью избежать уголовной ответственности, привлек к совершению преступления неустановленное лицо, которое в графе «Заказчик: Первый заместитель главы администрации РМО Я-в М.А.» в первом экземпляре акта о приёмке выполненных работ за сентябрь 2005 года от 30 сентября 2005 года учинило от его имени подпись. В этот же период времени Я--в, изготовив подложный акт о приёмке выполненных работ за сентябрь 2005 года от 30 сентября 2005 года (форма №КС-2), находясь в своём рабочем кабинете администрации РМО, пригласил директора МУП «ДСО» К-ва, которому дал указание поставить подпись в графе «Подрядчик: Директор МУП «ДСО» К-в В.Я.» в первом экземпляре акта о приёмке выполненных работ за сентябрь 2005 года от 30 сентября 2005 года.

К-в, будучи в зависимом от Я-ва служебном положении, выполнил данное указание, после чего на основании данных вышеуказанного акта составил Справку о стоимости выполненных работ и затрат от 30 сентября 2005 года (форму №КС-3).

Таким образом, преступные деяния Я-ва, связанные с незаконным демонтажем и отчуждением 64,6 куб.м. железобетонных плит - покрытий дома №*, то есть совершение действий, явно выходящих за пределы его полномочий, причинили ущерб Кетченеровскому РМО РК в размере 264 000 рублей, дискредитировали и подорвали авторитет органа местного самоуправления, а также существенно нарушили права и законные интересы собственников жилья У-вой Н.П., Н-ва А.В. и А-вой З.Ц. по владению, пользованию и распоряжению имуществом в многоквартирном жилом доме.

Органами предварительного следствия действия Я-ва М.А. были квалифицированы по ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Допрошенный в судебном заседании Я-в М.А. вину не признал и пояснил, что в ходе ремонта дома №* был произведён демонтаж плит - покрытия. Решение о демонтаже плит было вынужденным, вызвано техническими причинами, так как плиты мешали установке шиферной кровли и усиливали нагрузку на несущие стены и фундамент, и принято специальной комиссией в составе К-ва В.Я., Э-ва А.Д., Г-ва С.Л. и Б-ва Л.Б. Его поставили в известность о данном решении, с которым он согласился, поскольку оно было принято компетентными специалистами. Запретить демонтаж плит он не мог, так как проектом предусматривалась установка шиферной кровли. Поисками техники и непосредственно демонтажем плит занималось МУП «ДСО». От К-ва В.Я. и Э-ва А.Д. он узнал, что предприятие оплатило работу крана по демонтажу плитами, что сэкономило администрации значительные средства. Ввиду отсутствия данных о дате изготовления плит, невозможно было определить процент их износа. Для повторного использования они были непригодны, имели многочисленные повреждения и подлежали утилизации, поскольку не имели материальной ценности. О личных отношениях М-ва Н.В. и К-ва С.И. ему не было известно. О том, что К-в предоставил технику для демонтажа плит, которые были вывезены на животноводческие стоянки М-вой Г.В., он узнал из материалов дела. Он действительно подписывал Акт о приёмке выполненных работ за сентябрь 2005 года - форма №КС-2 и справку о стоимости выполненных работ и затрат - форма №КС-3, составленные инженером МУП «ДСО» Г-вым С.Л., сверяя их со сметой. Поскольку повторное использование плит ПКЖ сметой не предусматривалось, в актах формы №КС-2 они не отражались. Он контролировал только финансовую часть проекта, контроль за строительством осуществляли подрядчик, главный архитектор района и заместитель главы администрации по строительству. Об условиях поставки в администрацию РМО мебели он ничего не знал, поскольку данное решение принимал сам глава РМО М-в Н.В.

Приговором Кетченеровского районного суда от 26 января 2009 года Я-в М.А. оправдан по предъявленному ему обвинению ввиду отсутствия в его действиях состава преступления.

Согласно приговору суд установил, что в период с августа 2005 года по сентябрь 2006 года работниками МУП «ДСО» производились работы по ремонту дома №* по пер. * с. Кетченеры Кетченеровского района РК. В ходе проведения ремонта технический совет в составе К-ва В.Я., Э-ва А.Д., Г-ва С.Л. и Б-ва Л.Б. решил произвести демонтаж верхнего слоя плит - перекрытия дома №* для установки двускатной шиферной кровли и облегчения нагрузки на несущие стены и фундамент. Поисками техники и непосредственно демонтажем плит занималось МУП «ДСО». Для демонтажа плит был привлечён К-в С.И., который и предоставил необходимую технику. Демонтированные плиты были непригодны для повторного использования, так как имели многочисленные повреждения, не имели материальной ценности и подлежали утилизации, в связи с чем, техническим советом коллегиально было принято решение о передаче плит К-ву в качестве оплаты за произведенные работы.

Вывод об отсутствии в действиях Я-ва М.А. состава преступления суд мотивировал тем, что показания потерпевших, свидетелей, а также представленные обвинением письменные и вещественные доказательства не свидетельствуют о наличии в действиях Я-ва М.А. состава превышения должностных полномочий и не доказывают его вину в совершении данного преступления. Причинение администрации РМО ущерба в сумме 264 000 рублей не нашло своего подтверждения, в связи с отсутствием реальной возможности определить балансовую стоимость плит.

В кассационном представлении государственный обвинитель Мисалова Р.Н. и представитель потерпевших Н-ва А.В., Н-ва А.Б. - адвокат Нуриахметова С.М. в кассационных жалобах (основной и дополнительной) просят приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела и нарушения уголовно-процессуального закона. Считают, что оценка доказательств обвинения носила выборочный характер, без учёта письменных материалов дела, показаний потерпевших и свидетелей, суд не принял во внимание обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения дела, а при наличии противоречивых доказательств, имеющих значение для выводов суда, не указал в приговоре, по каким основаниям принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Так, государственный обвинитель указывает, что судом необоснованно критически оценены показания свидетеля К-ва, данные им на предварительном следствии, по тому основанию, что протокол второго допроса он подписал, не читая, и не учтено, что они согласуются с показаниями свидетеля М-вой. Также в показаниях свидетелей К-ва, Б-ва и Г-ва имеются противоречия относительно того, где комиссией принималось решение о демонтаже плит, никто из них не указал, когда и в связи с чем создана эта комиссия и почему не вёлся письменный протокол её заседания. Не оценены показания свидетеля Г-ва и не приняты во внимание показания свидетеля К-ва, данные ими на предварительном следствии. Суд, указал, что демонтаж плит являлся обоснованным, так как был произведен по решению технической комиссии, однако это не позволяет Я-ву игнорировать требования законодательства по оприходованию, оценке, учету и реализации строительных материалов в соответствии с бухгалтерским учетом, и не снимает уголовной ответственности за причиненный ущерб. По этим же основаниям суд безмотивно отверг доводы потерпевших Н-ва, У-вой, А-вой, не сделал выводы о нарушениях их прав и не дал оценки показаниям о том, что разрешения на демонтаж плит они не давали. Вывод о том, что плиты перекрытий были непригодными для применения, суд сделал без наличия достаточных объективных данных, свидетельствующих об этом, исходя только из показаний Я-ва, К-ва и Г-ва. Вопреки этому свидетели Г-в и К-в на предварительном следствии показали, что плиты в момент демонтажа были в хорошем состоянии, свидетель Б-в показал, что новая кровля неоднократно ломалась на ветру, что опровергает вывод суда о том, что кровля заменена на новую, шиферную, которая не утратила тепло - технических характеристик. Это подтверждается протоколом осмотра аварийного дома, из которого следует, что в некоторых местах шиферного покрытия имеются значительные щели, просветы; заключением строительной экспертизы № 1092 - 1094 от 5.12.2007 года. Признание судом недопустимым доказательством результатов строительной экспертизы необоснованно, так как в ней указан расчет цены демонтированных плит, кроме того, пригодность плит подтверждена свидетелями Г-вым и К-вым. Опровергает вывод суда о недопустимости заключения экспертизы в качестве доказательства и отсутствие иных сведений о размере ущерба, так как из показаний К-ва следует, что плиты он получил за поставленную мебель стоимостью 40 000 рублей, о чём показала свидетель Б-ва. Помимо этого, их ценность подтверждается тем, что они не были в установленном порядке утилизированы. Считает, что вывод суда об установлении факта задолженности администрации Кетченеровского РМО перед К-вым за поставленную мебель противоречит выводам о непригодности и отсутствии материальной ценности плит. При оценке показаний свидетелей Г-ва, К-ва, Б-вой и А-вой суд не учел, что указанные лица в течение длительного времени знакомы с Я-вым и были подотчетны ему по службе, поэтому их показания в суде должны оцениваться критически. Суд не учел, что данные свидетели давали показания на стадии предварительного следствия, когда еще не было известно, кто будет привлечен к ответственности.

Адвокат Нуриахметова С.М. указывает, что показания свидетелей Г-ва, К-ва и Б-ва изложены судом предельно кратко и не подтверждают вывод суда о невиновности Я-ва. При вынесении приговора суд не выполнил указания кассационной инстанции, нарушив требования ч. 6 ст. 388 УПК РФ. Судом безмотивно отвергнуты показания свидетеля К-ва, данные им на предварительном следствии, которые подтверждают виновность Я-ва, и приняты его показания, данные им в судебном заседании. К показаниям свидетелей Г-ва, М-вой, оглашенным показаниям К-ва суд отнесся критически, но не указал, почему они отвергнуты; показания свидетелей Г-ва и Б-ва следует признать недостоверными, они не согласуются с иными доказательствами по делу и они являются заинтересованными лицами. В результате действий Я-ва нарушены права потерпевшего Н-ва А.В. - собственника квартиры №*, так как плиты были демонтированы без его согласия. Судом проигнорирован факт демонтажа плит без проектного решения. Я-в не был уполномочен распоряжаться имуществом, находящимся в муниципальной собственности, а также в собственности граждан; судом необоснованно признано недопустимым доказательством заключение эксперта №7 от 05.12.2007 года. Также считает, что выданная потерпевшему Н-ву А.Б. копия приговора не соответствует требованиям закона, поскольку в нём частично отсутствует описательно-мотивировочная часть - лист №20 полностью не читаем, что нарушает принцип равенства всех перед законом и судом.

В письменных возражениях на кассационное представление государственного обвинителя защитники оправданного Ильжиринов В.И. и Педашев Г.И. указывают на то, что основанием для признания экспертизы недопустимым доказательством послужило не необоснованность самого расчёта, а отсутствие исходных данных для него - первоначальной стоимости и степени их износа, невозможность идентифицировать исследованные экспертом плиты. Оценка показаний свидетелей К-ва и К-ева на предварительном следствии и в судебном заседании проведена судом правильно с учётом положений ст.ст. 14, 17 и 88 УПК РФ, ссылки на показания М-вой, подтверждающие показания К-ва и К-ева на предварительном следствии, построены на искажении их содержания, поскольку о том, что именно Я-в давал указание о демонтаже плит она не говорила. В показаниях свидетелей Б-ва, Г-ва и К-ва об обстоятельствах принятия решения техническим советом противоречий относительно предмета доказывания по уголовному делу нет, а имеющиеся расхождения по вопросам процедуры подготовки технического совета не влияют на обоснованность вывода суда о непричастности Я-ва к принятию решения. С учётом высказанной позиции просят кассационное представление государственного обвинителя отклонить.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационном представлении и кассационной жалобе, с учётом принесённых возражений судебная коллегия находит оправдательный приговор суда первой инстанции законным, обоснованным и справедливым.

Анализ приведённых в приговоре доказательств свидетельствует о правильном установлении судом фактических обстоятельств дела. Вывод суда об отсутствии в действиях подсудимого состава преступления основан на доказательствах, имеющихся в материалах дела, надлежащим образом исследованных в судебном заседании.

Так судом были исследованы и приведены в приговоре доказательства обвинения:

- показания представителя администрации Кетченеровского РМО - А-вой Г.А., пояснившей, что демонтажем плит ущерб муниципальному образованию не причинён;

- потерпевших У-вой Н.П., А-вой З.Ц. и Н-ва А.Б., о том, что согласия на демонтаж у них никто не спрашивал, последние также пояснили, что до реконструкции в доме протекала крыша, было холодно, отсутствовало отопление и электричество;

свидетелей:

- Б-ва С.С. о том, что разрешения на капитальный ремонт и демонтаж плит он не давал, поскольку необходимости в этом не было, после ремонта шифер кровли дважды срывало ураганом;

- Д-ва С.С., согласно которым из администрации РМО никто в адрес Собрания депутатов Кетченеровского РМО по вопросу демонтажа плит не обращался;

- Ч-ва А.С. и Ш-ва Г.Ф. о том, что плиты были перевезены на животноводческие стоянки ООО «Агробизнес», и М-вой Г.В., пояснившей, что владелицей животноводческой стоянки является она, её гражданский муж К-в привёз на стоянку плиты, из которых впоследствии сделали забор;

- Б-вой В.Г. - главного бухгалтера администрации РМО, показавшей, что о демонтаже плит ей ничего неизвестно, в 2004 году от К-ва С.И. администрации РМО была безвозмездно передана мебель во временное пользование, которая не была оприходована;

- К-ва Б.А. о том, что после того, как к нему стали поступать жалобы от жильцов, он написал заявление, за разрешением на демонтаж плит к нему никто не обращался, а сами плиты можно было оставить;

- М-вой А.А. - главного бухгалтера МУП «ДСО», из которых следует, что контроль за проведением строительных работ осуществлял Я-в М.А., о том, что администрация РМО требует демонтировать плиты узнала от К-ва В.Я., автокран был заправлен из средств, выделенных на реконструкцию дома, для обоснования расхода которых с крановщиком Г-вым заключили договор, она составила путевой лист, не оприходованный по бухгалтерскому учёту, по правилам бухгалтерского учёта плиты необходимо было пересчитать, оценить на предмет пригодности к дальнейшей эксплуатации, затем передать администрации РМО;

- Г-ва С.Л. - на момент реконструкции дома главного инженера МУП «ДСО» - что в мае-июне комиссии в составе архитектора, а также представителей СМО и РМО приняла решение о снятии верхнего слоя плит, поскольку они пришли в негодность, демонтаж не был предусмотрен сметной документацией, старую крышу разобрали и установили новую - шиферную из деревянных балок и обрешётки. Вопросами привлечения техники и оплаты занимался К-в;

- К-ва В.Я., - бывшего директора МУП «ДСО», в судебном заседании пояснившего, что решение о демонтаже плит было принято коллегиально, хотя сметой не предусматривалось, поскольку они были в очень плохом состоянии: имелись трещины, дыры, именно поэтому и протекала крыша. Для установки шиферного покрытия они были не пригодны, создавали дополнительную нагрузку, поэтому от стены со стороны балки отходили лоджии. Его же показания на предварительном следствии о том, что устное указание демонтировать плиты ему дал Я-в, через три дня приехали машины и автокран, принадлежащие ООО «Лексус-Н», которые увезли плиты на животноводческие стоянки ООО «Агробизнес». Всего было вывезено около 40 плит;

- К-ва С.И., показавшего в судебном заседании о том, что автокран для демонтажа плит и автомашины для их последующего вывоза предоставил он, договаривался с ним его родственник Э-в А.Д., предложив забрать плиты в счёт оплаты за работу техники и офисную мебель. Его же показания на предварительном следствии о том, что весной 2004 года он организовал поставку мебели в администрацию Кетченеровского РМО, найти кран и машины его попросил Я-в, пояснив, что плиты он может забрать в счёт оплаты за мебель. Письменно никаких договоров они не заключали. Он дал указание перевезти плиты на животноводческие стоянки его супруги М-вой Г.В., впоследствии из них сделали ограждение для кошар. Показания на следствии он не подтвердил, указав, что о вывозе плит он договаривался не с Я-вым, а с Э-вым;

- Г-ва В.Э. - водителя автокрана, оглашённые в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, о том, что в конце августа 2005 года он на своём автокране производил демонтаж плит с крыши дома №* в п. Кетченеры, во время демонтажа много плит сломалось, а оставшиеся были вывезены на животноводческую стоянку недалеко от п. Овата Целинного района РК. Демонтажем плит руководил К-в. В ходе демонтажа к дому подъезжал Я-в и интересовался ходом работ;

- Н-ва А.Д. - следователя по данному уголовному делу, показавшего о соблюдении им при производстве следственных действий - допросов свидетелей норм уголовно-процессуального законодательства.

Также обвинение ссылалось на показания свидетелей С-ва В.А., Х-вой Т.Б. и потерпевшего Н-ва А.В.

Стороной защиты в качестве доказательства были представлены показания свидетеля Б-ва Л.Б., пояснившего суду, что в период реконструкции дома №* по пер. *, он, как заместитель главы Кетченеровского РМО, курировал ЖКХ и строительство. Техническим советом, в который помимо него входили Г-в С.Л. и Э-в А.Д., было принято решение о демонтаже лоджий и плит-перекрытий, так как мягкая кровля была полностью разрушена. Для работ по демонтажу плит был нанят автокран. Повторное использование этих плит для кровли было невозможно. Демонтаж проводил МУП «ДСО», документально он не оформлялся. Плиты хотели реализовать, но из-за большого процента износа не смогли. Долгое время они лежали возле дома, остро стояла проблема их вывоза, до сих пор обломки плит лежат в балке.

Проанализировав указанные показания потерпевших и свидетелей, оценив каждое из них в отдельности, а также в совокупности суд пришёл к правильному выводу о том, что они не подтверждают виновность Я-ва.

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется только лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Так, на основании исследованных показаний было бесспорно установлено, что демонтаж плит был произведён не по указанию Я-ва М.А., а согласно решению технической комиссии. Как пояснили в судебном заседании свидетели Г-в, К-в и Б-в, решение о демонтаже было вынужденным, поскольку плиты не только пришли в негодность и их дальнейшее использование для кровли было невозможно, но и мешали установке шиферной кровли. Доводы защиты в этой части обвинением не опровергнуты.

В соответствии с ч. 1 ст. 240 УПК РФ все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. Суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключение эксперта, осматривает вещественные доказательства, оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств. Оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, возможно лишь в случаях, прямо предусмотренных УПК РФ.

В судебном заседании были, в частности, допрошены подсудимый Я-в, свидетели К-в, Г-в, Б-в, М-ва и К-ев. Из протокола судебного заседания видно, что в связи с противоречиями были оглашены показания свидетелей К-ва, К-ева и Г-ва.

Показания указанных свидетелей в судебном заседании согласуются между собой и не противоречат обстоятельствам, установленным судом. Именно показания К-ва в судебном заседании, вопреки доводам государственного обвинителя и представителя потерпевших, соотносятся с показаниями М-вой, пояснившей, что указание о демонтаже было дано администрацией РМО, а не конкретно Я-вым. Показания свидетеля Г-ва о том, что Я-в интересовался ходом работ, не могут свидетельствовать о виновности последнего. Не содержат таких данных и показания других свидетелей по уголовному делу.

Таким образом, судебная коллегия находит правильной оценку, данную показаниям потерпевших и свидетелей, а также письменным материалам дела, которые, как правильно указал суд в приговоре, не содержат доказательств совершения Я-вым инкриминируемого ему преступления, а, напротив, подтверждают версию защиты о невиновности последнего. Имевшиеся противоречия были устранены судом, с приведением мотивов, с которыми судебная коллегия соглашается, поэтому доводы представления и жалобы в этой части удовлетворению не подлежат.

Из протоколов осмотров места происшествия и предметов установлено, что верхний слой плит-покрытий на доме отсутствует, а на животноводческих стоянках М-вой Г.В. имеются железобетонные плиты-покрытия; в администрации РМО имеется мебель, предоставленная К-вым С.И., что фактически не опровергается сторонами. При этом данные протоколы следственных действий, а также протокол проверки показаний свидетеля Г-ва В.Э., как правильно указал суд, не содержат в себе сведений, подтверждающих наличие состава преступления в действиях Я-ва.

Вопреки доводам представления, вывод суда о том, что кровлю заменили на новую - шиферную, не может быть опровергнут показаниями свидетеля Б-ва о том, что после урагана крыша неоднократно разлеталась. Из проектно-сметной документации видно, что работы по установке нового шиферного покрытия были произведены, подтверждают это и бухгалтерские документы, имеющиеся в материалах дела, сомневаться в достоверности которых оснований не имеется.

Кроме того, об изношенности прежнего покрытия крыши свидетельствуют показания самих потерпевших о том, что до реконструкции крыша в доме протекала, что подтверждает показания подсудимого и свидетелей К-ва, Г-ва, Б-ва о том, что плиты имели повреждения и были непригодны для дальнейшего использования.

Судебная коллегия считает обоснованным вывод суда о признании недопустимым доказательством вывод № 7 заключения эксперта №1092-1094 от 5 декабря 2007 года. Суд правильно указал, что при отсутствии данных, позволяющих идентифицировать плиты, установить их точное количество, год изготовления, и с учётом этого определить степень износа и стоимость, доводы обвинения о причинении ущерба в размере 264 000 рублей нельзя признать обоснованными.

Судебная коллегия не соглашается с доводами о том, что Я-в превысил свои должностные полномочия, проигнорировав требования законодательства по оприходованию, оценке, учету и реализации строительных материалов в соответствии с бухгалтерским учётом, то есть фактически допустил преступное бездействие.

Согласно диспозиции ч. 1 ст. 286 УК РФ объективная сторона указанного преступления заключается в совершении должностным лицом действий по службе, которые, во-первых, явно выходят за пределы его полномочий; во-вторых, повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. При этом также необходимо установить причинную связь этих действий и наступивших последствий.

В соответствии с Уставом Кетченеровского РМО и функциональными обязанностями сотрудников аппарата главы администрации Я-в М.А., наряду с выполнением других должностных обязанностей, должен был организовывать исполнение и осуществление контроля за своевременным исполнением доходных и расходных статей районного бюджета, за целевым эффективным экономным и адресным использованием бюджетных средств, координацией контрольно-ревизионной деятельности. Из этого следует, что непосредственно ведение бухгалтерского учёта на Я-ва, как заместителя главы Кетченеровского РМО, не возлагалось.

Судом при рассмотрении уголовного дела не было установлено, какие конкретно действия, явно выходящие за пределы полномочий должностного лица, были совершены Я-вым М.А., обвинением не приведено убедительных аргументов в обоснование доводов о существенном нарушении прав и интересов жильцов дома и администрации РМО, что является необходимым и обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

При таких обстоятельствах, наряду с отсутствием сведений о причинённом ущербе, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения указанных доводов.

Нельзя признать состоятельным и довод государственного обвинителя о том, что плиты имели ценность, поскольку не были в установленном порядке утилизированы. Не подтверждают это и показания свидетеля К-ева о стоимости поставленной им мебели в размере 40 000 рублей. Кроме того, показания свидетеля Б-вой, как об этом утверждает государственный обвинитель, не содержат данных о том, что мебель стоила 40 000 рублей, напротив, она показала, что она была передана К-вым безвозмездно, во временное пользование, при этом не помнит, составлялись ли какие-либо документы.

Свидетели Г-ев, К-в и Б-ва, потерпевшая А-ва были допрошены непосредственно в судебном заседании, каких-либо данных об их заинтересованности в исходе дела, а также сведений об оказываемом на них давлении со стороны подсудимого установлено не было, поэтому доводы кассационного представления о том, что их показания должны оцениваться критически, судебная коллегия не принимает во внимание.

Таким образом, судебная коллегия считает, что судом правильно установлены фактические обстоятельства дела, все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты и исследованные в судебном заседании, получили надлежащую оценку суда и подтверждают его вывод о невиновности Я-ва М.А. в предъявленном ему обвинении по ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Изучение и анализ исследованных судебных документов показал, что вопреки доводам кассационной жалобы представителя потерпевших Нуриахметовой С.М., требования ч. 6 ст. 388 УПК РФ судом выполнены в полном объеме.

Мотивы принятого решения у судебной коллегии сомнений не вызывают, являются убедительными, основанными на исследованных в судебных заседаниях материалах уголовного дела и в достаточной степени аргументированными.

При таких данных, свидетельствующих о законности и обоснованности приговора, судебная коллегия не находит оснований для его отмены, как об этом ставится вопрос в кассационных представлении и жалобе.

При рассмотрении уголовного дела нарушений уголовно-процессуального закона, прав и интересов сторон, влекущих отмену либо изменение приговора, судом не допущено.

Между тем, довод представителя потерпевших - адвоката Нуриахметовой С.М. о выдаче потерпевшему Н-ву А.Б. ненадлежащей копии приговора, судебная коллегия признаёт заслуживающим внимания, и в порядке ч. 4 ст. 29 УПК РФ считает необходимым вынести частное определение в адрес председателя Кетченеровского районного суда Республики Калмыкия.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

приговор Кетченеровского районного суда Республики Калмыкия от 11 января 2010 года в отношении Я-ва М.А. оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя Мисаловой Р.Н. и кассационную жалобу представителя потерпевших Н-ва А.В. и Н-ва А.Б. - адвоката Нуриахметовой С.М. - без удовлетворения.

Председательствующий Е.Н. Утунов

Судьи М.С. Пугаев

Э.Г. Андреев




Электронный текст документа
подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка

Принявший орган: Верховный Суд Республики Калмыкия
Дата принятия: 12 марта 2010

Поиск в тексте