• по
Более 56000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус


АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ
г. Екатеринбурга

РЕШЕНИЕ

от 20 декабря 2012 года Дело N А60-34244/2012


[В удовлетворении исковых требований о взыскании сумму убытков состоящую из упущенной выгоды отказать]
(Извлечение)

Резолютивная часть решения объявлена 13 декабря 2012 года.

Полный текст решения изготовлен 20 декабря 2012 года.

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Е. Г. Италмасовой при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Т. П. Варданян рассмотрел в судебном заседании дело по иску

закрытого акционерного общества "Невьянский машиностроительный завод - Нефтегазовое оборудование" (ИНН 6621016082)

к обществу с ограниченной ответственностью "Ивтехсервис" (ИНН 3702628514)

о взыскании 11278597 руб. 68 коп.,

при участии в судебном заседании

от истца: Комарова И. Г., представитель по доверенности от 20.07.2012 года,

от ответчика: Шумарин А. В., представитель по доверенности от 12.11.2012, Агаркова Н. Н., представитель по доверенности от 24.08.2012.

Процессуальные права и обязанности представителям разъяснены.

Отводов составу суда не заявлено.

Истец заявил ходатайство об уточнении заявленных требований. Уточнения судом приняты.

Истец заявил ходатайство о приобщении к материалам дела возражений на дополнение к отзыву, документов в уточнений исковых требований. Ходатайство судом удовлетворено, указанные документы приобщены к материалам дела.

Ответчик заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнения к отзыву и квитанции о вручении дополнения истцу. Ходатайство судом удовлетворено, указанные документы приобщены к материалам дела.

От ответчика поступил отзыв, документы в обоснование возражений. Отзыв с приложением приобщены к материалам дела.

Иных заявлений и ходатайств не поступило.

С учетом уточнений истец просит взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Ивтехсервис" в пользу Закрытого акционерного общества "Невьянский машиностроительный завод - Нефтегазовое оборудование" сумму убытков состоящую из упущенной выгоды - 9797240 рублей; реального ущерба, состоящего из перечисленного лизингового платежа - 1323086 рублей и затрат на оплату простоя сотрудникам - 158271,68 рублей, итого общая сумма, подлежащая взысканию - 11278597,68 рублей; взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Ивтехсервис" в пользу Закрытого акционерного общества "Невьянский машиностроительный завод -Нефтегазовое оборудование" расходы на получение выписки из единого государственного реестра юридических лиц в размере 200 рублей.

Ответчик просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Рассмотрев материалы дела, суд установил:

Между Обществом с ограниченной ответственностью "Балтийский лизинг", Обществом с ограниченной ответственностью "Ивтехсервис" и Закрытым акционерным обществом "Невьянский машиностроительный завод - Нефтегазовое оборудование" заключены договоры поставки N 39/11-ЕКТ-К, 40/11-ЕКТ-К, 41/11-ЕКТ-К от 18.03.2011 г.

Согласно условиям договоров ответчик продает, ООО "Балтийский лизинг" приобретает в соответствии с выбором истца станки.

Со стороны ответчика станки поставлялись ненадлежащего качества, что приводило к приостановлению производственной деятельности, и, следовательно, несению убытков со стороны ЗАО "НМЗ-НГО", а именно: к реальному ущербу при оплате простоя сотрудникам ЗАО "НМЗ-НГО" за период простоя (октябрь - декабрь 2011 г., февраль, март 2012 г.) (доплата по среднему) при перечислении лизингового процента, и упущенной выгоде.

Ввиду изложенного, истец обратился в Арбитражный суд Свердловской области с рассматриваемым исковым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив фактические обстоятельства, заслушав пояснения участвующих в судебном заседании представителей, арбитражный суд полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению на основании следующего.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Расходы потерпевшего и повреждение его имущества охватываются понятием реального ущерба, не полученные потерпевшим доходы составляют его упущенную выгоду.

В соответствии со ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором меры для ее получения и сделанные с этой целью приготовления.

Исходя из смысла ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, при взыскании убытков, как реального ущерба, так и упущенной выгоды, необходимо доказать: факт нарушения обязательства; факт причинения убытков и их размер; причинно-следственную связь между нарушением обязательства и возникшими убытками.

Согласно п. 1 ст. 404 Гражданского кодекса Российской Федерации при взыскании убытков также необходимо доказать еще два обстоятельства, а именно: кредитор не содействовал увеличению убытков (в частности, исполнил свои обязательства надлежащим образом); кредитор принял все меры к уменьшению наступивших убытков.

В соответствии с условиями пунктов 2.1 трехсторонних договоров поставки N 39/11-ЕКТ-К от 18.03.2011 г., N 40/11-ЕКТ-К от 18.03.2011 г., N 41/11-ЕКТ-К от 18.03.2011 г. ответчик - принял на себя обязательство поставить имущество в укомплектованном, работоспособном состоянии, гарантировал, что поставляемое имущество прошло капитальный ремонт и модернизацию и после этого не находилось в эксплуатации.

То есть истцу было известно, что он приобретает оборудование, бывшее в употреблении и прошедшее капитальный ремонт, и истец был согласен с указанным фактом.

Согласно п. 4.1.2 договоров поставки передача имущества от продавца к покупателю и лизингополучателю осуществлялась на складе продавца. Истцу предоставлялась реальная возможность провести осмотр поставляемого оборудования, высказать претензии к качеству, комплектности и иным недостаткам приобретаемого имущества.

Однако, акты осмотра и соответствия имущества, акты приема-передачи имущества к договорам поставки подписаны со стороны истца без замечаний, таким образом, качество товара истца устраивало.

С момента поставки станков ответчик не получал никаких претензий истца о качестве поставленных станков, при этом истец обращался к ответчику лишь для проведения гарантийного ремонта поставленного оборудования.

Факт такого обращения не является доказательством поставки истцу станков ненадлежащего качества, поскольку необходимость ремонта станков возникла в процессе их эксплуатации при хозяйственной деятельности истца.

Таким образом, истцом факт поставки ответчиком оборудования ненадлежащего качества не доказан.

Исходя из условий договоров поставки, истец самостоятельно и за свой счет осуществлял вывоз станков с площадки ответчика, самостоятельно осуществлял ввод станков в эксплуатацию и пуско-наладочные работы.

В руководстве по эксплуатации станков, которое передавалось истцу при передаче станков, подробно описан алгоритм транспортировки и проведения пуско-наладочных работ. В частности указано, что перед транспортировкой станка необходимо убедиться в том, что перемещаемые части (ползушка, каретка, шпиндельная бабка) надежно закреплены; перед транспортирование станка масло и охлаждающая жидкость должны быть удалены, указаны запрещенные действия при транспортировке.

При проведении пуско-наладочных работ необходимо на холостом ходу проверить работу механизмов главного движения, подач и системы смазки.

В соответствии с п. 6.2 договоров поставки срок гарантии на имущество устанавливался равным 12 месяцев со дня подписания акта приема-передачи имущества при условии соблюдения истцом правил эксплуатации, изложенных в руководстве по эксплуатации и условиях на оборудование.

В соответствии с актами приема-передачи имущества от 06.04.2011 г., от 12.09.2011 г., от 11.10.2011 г. к договорам поставки ответчиком передавалась истцу техническая документация, необходимая для эксплуатации имущества: руководство по эксплуатации станков, руководство по эксплуатации электрооборудования, схему монтажную, инструкцию оператора, инструкцию слесаря-ремонтника, инструкцию электроремонтника, а также рекомендации по ремонту.

Следовательно, истцу был предоставлен весь пакет документов, необходимый для соблюдения процесса нормального функционирования и технической эксплуатации станков.

Документов, свидетельствующих, о выполнении требований по транспортировке станков, проведении пуско-наладочных работ в соответствии с руководством по эксплуатации, истцом не представлено.

В материалы дела истцом представлен договор об оказании услуг по техническому обслуживанию N 197 от 01.08.2010 г., заключенный с ООО "ПромЭлСервис", дополнительные соглашения N N 2,3 от 12.04.2011 г., N 8 от 15.09.2011 г., N 9 от 14.10.2011 г. для подтверждения факта осуществления технического обслуживания станков, поставленных ответчиком.

Истец поясняет, что техническое обслуживание всех станков началось с 01 мая 2011 г.

Однако в соответствии с актами приема-передачи имущества к договорам поставки N 39/11-ЕКТ-К от 18.03.2011 г., N 40/11-ЕКТ-К от 18.03.2011 г., N 41/11-ЕКТ-К от 18.03.2011 г. станки истцу были переданы в следующие сроки:

06 апреля 2011 года передан станок N 474; 12 сентября 2011 года переданы станки N 492, N 493; 11 октября 2011 года передан станок N 494, N 495.

То есть фактически указанные станки оказались в распоряжении истца позднее 01 мая 2011 года, и, соответственно, позднее начала срока выполнения работ по их техническому обслуживанию.

Кроме того, сам по себе факт заключения договора об оказании услуг по техническому обслуживанию не свидетельствует о его исполнении сторонами, и не подтверждает факта реального осуществления технического обслуживания поставленных станков и проведения надлежащих пуско-наладочных работ на станках.

Таким образом, довод истца о поставке ответчиком станков ненадлежащего качества не подтвержден документами, представленными суду.

Согласно п. 6.3 договоров поставки соблюдение истцом технических условий эксплуатации в период гарантийного срока должно подтверждаться письменно журналом контроля за работой оборудования.

Однако истец такого журнала контроля суду не представил.

Представленный истцом в материалы дела журнал учета не подтверждает факта проведения технического обслуживания станков, поскольку документ не содержит сведений относительно проведения профилактических работ и технического обслуживания, необходимых для нормального функционирования оборудования, нет данных о проведении ремонтных работ.

В материалы дела истцом предоставлены копии договоров об оказании услуг, заключенных с ООО "ПромЭлСервис" N 98 от 18.04.2011 г., N 162 от 26.09.2011 г., N 158 от 19.09.2011 г., N180 от 17.10.2011 г., N 187 от 24.10.2011 г. в целях подтверждения факта осуществления послегарантийного ремонта поставленных станков.

Представление истцом указанных договоров само по себе не подтверждает факта осуществления какого-либо ремонта в отношении станков ответчика, и не подтверждает факт осуществления истцом послегарантийного ремонта поставленных станков.

Кроме того, истец не представил суду доказательств необходимости проведения таких ремонтов.

Следовательно, представленные документы не являются надлежащими доказательствами реальности осуществления технического обслуживания станков и надлежащего проведения пуско-наладочных работ как самим истцом, так и третьими лицами.

Истцом определил период несения убытков: временной период ремонта станков и временной период простоя.

Согласно материалам, представленным истцом в дело (расчет простоя станков, представленный в виде таблицы), время простоя станков им исчислено в месяцах: октябрь-декабрь 2011 г., февраль-март 2012 г. Расчет среднегзаработка сотрудников, который выплачен истцом во время простоя, также исчислен исходя из месячных периодов.

Однако временной период ремонта станков и временной период простоя, указанного истцом, не совпадают.

Как пояснил ответчик, на претензию истца N 01-389 от 11 октября 2011г. о неисправности станков модели 16 КЗОФЗ N N474,492,493 командированы работники ООО "Айти-Сервис", устранившие причину неисправности 20 октября 2011 г. - изменили алгоритм работы станков NN 492,493, что позволило их эксплуатировать истцом при дальнейшей работе.

Станок N 474 находился в рабочем состоянии, эксплуатировался истцом, каких-либо неполадок в станке работниками не выявлено, что подтверждают акт о проведении ремонта станков NN492,493 от 20.10.2011 г., технический отчет от 25.10.2011 г. Ремонт осуществлялся в период с 17 октября 2011 г. по 20 октября 2011 г.

09 ноября 2011 года работники ООО "Айти-Сервис" выехали в командировку по устному обращению истца о претензиях к работе станков NN 474,492,493,494,495. В ходе проведенных ремонтных работ специалисты ООО "Айти-Сервис" устранили неполадки оборудования истца, которое было задействовано в производственном цикле до, во время и после ремонта. Ремонт производился с 11 ноября 2011 г. по 19 ноября 2011 г.

Техническим отчетом от 22 ноября 2011 года подтверждается факт устранения неполадок и неисправностей в станках инв. N N 474,493,494,495.

Только станок N 492 в ноябре 2011 года был непригоден для дальнейшей эксплуатации в связи с необходимостью замены ШВП, остальные станки участвовали в производственном процессе истца постоянно, в том числе и в период проведения ремонта. Замена ШВП на станке N492 осуществлена 27 декабря 2011 года.

23 декабря 2011 года согласно устному обращению истца ответчиком снова направлены специалисты для устранения неполадок станков NN 474,492,493,495.

Согласно актам гарантийного ремонта N1-4 от 27-28 декабря 2011 года специалистами проведена замена ШВП и замена питателя (станки NN492,493), изготовление и установка среднего проставного кольца переднего шпиндельного подшипника (станок N 474), замена гидроцилиндра подвода пиноли (станок N 495). В период ремонта станки эксплуатировались истцом. Ремонт осуществлялся в период с 25 декабря 2012 г. по 28 декабря 2012 года. Техническим отчетом специалистов от 11 января 2012 года по произведенному ремонту вновь подтверждается отсутствие проведения регламентных работ по техническому обслуживанию станков со стороны истца.

17 февраля 2012 года истец направил ответчику письменное обращение N 21/06 о необходимости замены электродвигателя АИР 112 М4УЗ станка N 492. Истец не настаивал на присутствии ответчика при установке нового электродвигателя, не выслал в адрес ответчика претензий, а лишь просил заменить данную деталь.

Ответчик посчитал необходимым приобрести указанный электродвигатель за свои собственные средства и направить в адрес истца 20 марта 2012 года, истец получил запрашиваемую деталь 27 марта 2012 года, что подтверждено представленными ответчиком документами.

Таким образом, ответчиком постоянно и должным образом принимались меры для устранения неполадок оборудования, возникающих в процессе производственной деятельности истца, в целях минимизации имущественных рисков последнего и иных неблагоприятных для истца последствий.

Следовательно, убытки действиями ответчика истцу не причинялись, причинно-следственная связь между действиями ответчика и причиненными убытками отсутствует.

Представленный в материалы дела журнал учета не подтверждает существование заявленного простоя оборудования в действительности.

Исходя из анализа информации, содержащейся в журнале учета, другие станки (NN 9,10,11,12,13) ежедневно переводят в простой, а станки ответчика находятся в простое месяцами, что не соответствует материалам дела: после каждого ремонта со стороны истца подписывались акты о выполнении гарантийного ремонта, после чего станки вводились в работу, что также подтверждается техническими отчетами работников ООО "Айти-Сервис".

Следовательно, истцом не подтвержден заявленный период несения убытков представленными в дело документами.

В реальный ущерб от действий ответчика истец включил заработную плату, выплаченная работникам в период простоя, а также сумму лизинговых платежей, выплаченных истцом по соответствующим договорам лизинга в период простоя оборудования.

Однако факт простоя сотрудников истца за период октябрь-декабрь 2011 г., февраль, март 2012 г. документально не подтвержден.

Истец, подтверждая реальный ущерб, причиненный ответчиком в виду выхода из строя поставленного оборудования, указывает на сумму выплаченного среднего заработка работникам за период простоя (октябрь-декабрь 2011 г., февраль, март 2012 г.). Сумма выплаченного среднего заработка составила, по данным истца, 185271 руб. 68 коп.

Представленные истцом в материалы дела документы по выплате заработной платы работникам по независящим от работодателя и работника причинам не подтверждают размер реального ущерба, заявленного истцом к взысканию.

Свод начислений за октябрь 2011 г. - март 2012 г., табели о простое по независящим от работодателя и работника причинам за те же периоды не содержат данных о том, какие именно работники закреплены за спорными станками, работали ли они в сменах, находились ли в отпуске или на больничном и в какое время.

Кроме того, суммы выплат истца, связанных с простоем оборудования и указанных в сводах начислений, не совпадают с суммой исковых требований истца: в некоторых периодах заявленная к взысканию сумма расходов по простою выше выплаченной работникам истца.

Так, в своде начислений за октябрь 2011 г. общая сумма выплат составила 30 558 рублей (истцом заявлено 38 071,40 рублей), за февраль 2012 г. - 16 166,26 рублей (истцом заявлено 21 226, 30 рублей), за март 2012 г. - 12 467,66 рублей (истцом заявлено 16 160,38 рублей).

Своды начислений по заработной плате за октябрь 2011 г., декабрь 2011г. - март 2012 г. Содержат сведения только об общих расходы истца по заработной плате за указанные периоды всему персоналу истца, выделить какие-либо расходы истца по выплате заработной платы работников в связи с простоем именно станков ответчика не представляется возможным.

Периоды простоя, указанные в табелях о простое, не совпадают с периодами, заявленными истцом, неясно, по какому станку зафиксирован простой, и кто из работников за каким станком закреплен.

При суммировании дней простоя оборудования, указанных в табеле о простое, количество дней простоя не совпадает с количеством календарных дней в месяце (табель о простое за октябрь 2011 г. - 142 дня).

Исходя из текста приказов по оплате простоя, истцом оплачивался работникам почасовой простой, однако в сводах начислений указывается простой в работе, как в часах, так и в днях.

Приказов об оплате простоя определенным работникам в связи с ремонтом станков ответчика в материалы дела не представлено.

Истцом в материалы дела представлены копия приказа N 8 от 01 февраля 2012 года об оплате простоя за январь 2011 года, копия приказа N 48 от 11 марта 2012 года об оплате простоя за февраль 2011 года. Однако указанные периоды простоя не относятся к периодам, заявленным истцом.

Кроме того, учитывая периодичность проводимого ответчиком ремонта оборудования, указанную в разделе 1 настоящего отзыва, при расчете реального ущерба нельзя брать за основу период, исчисляемый в полных месяцах простоя и, как следствие, признавать выплаты работникам среднего заработка за календарные месяцы в качестве реальных расходов истца.

Лизинговые платежи в рассматриваемом споре также не могут входить в расчет реального ущерба.

В соответствии со ст. 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Таким образом, заключая договоры лизинга, истец добровольно принял на себя обязательства по выплате лизинговых платежей, предусмотренных условиями договоров лизинга.

Обязанность лизингополучателя выплачивать лизинговые платежи не находится в зависимости ни от эксплуатации предмета лизинга, ни от нахождения его в ремонте, ни от результатов финансово-хозяйственной деятельности лизингополучателя.

Поскольку обязанность истца по уплате лизинговых платежей подлежит исполнению независимо от факта эксплуатации станков, а также независимо от причины невозможности их эксплуатации, оплаченные истцом лизинговые платежи не могут являться убытками, причиненными ответчиком, исходя из оснований их взыскания согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, лизинговые платежи (в том числе и лизинговые проценты) не подлежат включению в расчет реального ущерба, понесенного истцом в связи с поломкой оборудования.

Для осуществления полного анализа размера упущенной выгоды также необходимо разъяснение всего производственного цикла на предприятии: количество машин и оборудования на предприятии, задействованных в процессе производства, мощность машин и оборудования (в том числе и того оборудования, которое находилось в ремонте), плановые показатели и фактические показатели производственной мощности предприятия за предыдущие периоды (то есть до октября 2011 года), количество работников на предприятии, количество работников, не осуществлявших трудовые функции в связи с простоем, действующие договоры поставки сырья и материалов с контрагентами.

Истец полагает, что его упущенная выгода от действий ответчика, состоит в недополученных от реализации продукции денежных средствах от контрагентов в связи со снижением объема товарного выпуска за период октябрь-декабрь 2011 г., февраль, март 2012 г.

Вместе с тем, документов, свидетельствующих о неполучении дохода, истец суду не представил.

Истцом не представлены документы о закупке сырья, необходимого для работы на поставленных ответчиком станках, а также другом оборудовании; истцом не подтвержден факт достаточности имеющегося у него сырья для изготовления продукции, необходимой контрагентам. Истцом не представлены в материалы дела документы, подтверждающие нормы выработки изделий на поставленных станках, нет документов, подтверждающих технологический процесс изготовления изделий на станках, истцом также не доказана невозможность осуществить работы на других станках, имеющихся у истца, в связи с осуществлением технических работ на поставленных станках.

Таким образом, истцом не подтвержден факт проведения им всех необходимых приготовлений с целью получения прибыли и не подтвержден факт возможности получения товарного выпуска продукции в заявленных объемах.

Кроме того, исходя из данных представленного в материалы дела журнала учета, у истца с октября - ноября 2011 года до настоящего времени периодически находятся в простое 6 единиц станков (NN 4, 9,10,11,12,13), а некоторые станки вообще не введены в эксплуатацию.

Следовательно, истцом не доказан факт несения убытков только в связи с простоем оборудования ответчика.

Представленные в материалы дела товарные выпуски продукции за октябрь 2011 - март 2012 гг. не могут подтвердить факт несения убытков истцом в реальности, указанные в них плановые показатели истца носят предположительный характер.

Кроме того, на неисполнение плановых показателей товарного выпуска могли повлиять любые другие факторы, не связанные с простоем оборудования.

Для подтверждения несения убытков от простоя станков NN 474, 492, 493,494,495 истцом в материалы дела представлен договор поставки N32/278 от 01.07.2009 г., спецификации к договору и дополнительные соглашения к ним, заключенные истцом с ООО ТК "Невьянский машиностроительный завод - Нефтегазовое оборудование".

Ссылаясь на представленные документы, истец утверждает, что поставил продукцию своему контрагенту не в полном объеме.

Однако, исходя из буквального смысла дополнительного соглашения от 08.11.2011 г. к спецификации N 14 от 12.09.2011 г., стороны пересмотрели объем поставленной продукции, не отказываясь от принятых на себя обязательств по договору поставки.

Также, исходя из текста данного дополнительного соглашения к спецификации N 14 от 12.09.2011 г., истец исполнил свои обязательства в октябре 2011 г. и покупатель не имеет к нему претензий. Аналогичная ситуация прослеживается и в дополнительных соглашениях к спецификации N 15 от 14.10.2011 г., N16 от 14.11.2011 г. Из дополнительного соглашения от 06.04.2011 г. к спецификации N 3 от 03.02.2012 г. следует, что стороны произвели поставку продукции в марте 2012 г., исполнили и сохранили существующие договорные отношения.

Таким образом, дополнительными соглашениями к спецификациям по договору поставки стороны закрепили уже реально поставленный объем продукции. Документов, свидетельствующих о расторжении существующих обязательств между истцом и контрагентом, в материалы дела не представлено.

Текст писем ООО ТК "Невьянский машиностроительный завод - Нефтегазовое оборудование", представленный истцом в материалы дела, противоречит тексту спецификаций и дополнительных соглашений к ним, и не подтверждает факта непоставки товара: стороны изменили наименование и объем поставляемой продукции, истец исполнил свои обязательства по договору поставки, получил доход от реализации товара и не утратил контрагента.

Следовательно, представленные документы не подтверждают размер упущенной выгоды.

Кроме того, в материалах дела отсутствует подробный расчет размера упущенной выгоды, заявляемый истцом к взысканию, с приложением подтверждающих документов.

По налоговой декларации истца о деятельности за 2011 г., 1 квартал 2012 г. также нельзя сделать вывод о том, что убыток на предприятии в заявленном размере возник из-за простоя оборудования ответчика.

Из налоговой декларации истца за 2011 г. следует, что убыток на предприятии возник в связи с увеличением внереализационных расходов. Размер убытка указан в сумме 8993024 рублей.

Однако данный убыток возник в связи с уплатой истцом процентов, начисленных по обязательствам истца, штрафных санкций за неисполнение принятых на себя обязательств, а также из убытка прошлых лет. Указанные обстоятельства никак не связаны с простоем станков ответчика.

Таким образом, представленные истцом в материалы дела документы не подтверждают размер упущенной выгоды, связанный с простоем оборудования ответчика, и реальности ее существования.

Согласно ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Поскольку истец не представил в материалы дела надлежащих доказательств в целях подтверждения обстоятельств, на которые он ссылается как на основание своих исковых требований, в удовлетворении иска следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд решил:

1. В удовлетворении исковых требований отказать.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети "Интернет" http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

Судья Е.Г.Италмасова

Номер документа: А60-34244/2012
Принявший орган: Арбитражный суд Свердловской области
Дата принятия: 20 декабря 2012

Поиск в тексте