• по
Более 47000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус

 
ПРЕЗИДИУМ МОСКОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ
 

от 20 июня 2012 года Дело N 44у-175/12
 

президиума Московского областного суда

г. Красногорск Московской области 20 июня 2012 года

Президиум Московского областного суда в составе:

председательствующего Волошина В.М.

членов президиума: Балабана Ю.И., Николаевой О.В., Овчинниковой Л.А., Романовского С.В.

при секретаре Зотовой Н.В.

рассмотрел материалы уголовного дела по надзорной жалобе осужденной Григорьевой Н.В. о пересмотре приговора Щелковского городского суда Московской области от 25 ноября 2011 года, которым

ГРИГОРЬЕВА Нина Владимировна, (…) года рождения,

уроженка (…), ранее не судимая, -

осуждена по ч. 2 ст. 109 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься медицинской деятельностью в течение 3 лет. На основании ст. 73 УК РФ основное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 3 года.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 21 февраля 2012 года приговор изменен: назначенное наказание снижено с применением ст. 64 УК РФ до 1 года 6 месяцев исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства, с лишением права заниматься медицинской деятельностью сроком на 3 года. На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде исправительных работ определено считать условным с испытательным сроком 3 года.

В надзорной жалобе осужденная Григорьева Н.В. ставит вопрос об отмене приговора и прекращении дела производством в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, или направлении дела на новое рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Московского областного суда Бычковой А.Л., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание состоявшихся судебных решений, доводы надзорной жалобы и мотивы вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, выступление потерпевшей Г.Л.М., возражавшей против доводов надзорной жалобы и просившей оставить судебные решения без изменения, выступление заместителя прокурора Московской области Селифанова В.В., полагавшего оставить жалобу без удовлетворения, а судебные решения - без изменения, президиум

У С Т А Н О В И Л:

Григорьева Н.В. признана виновной в совершении причинения смерти по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей при следующих обстоятельствах.

Григорьева Н.В. в период с (…) 21 июля 2010 года по 9.00 22 июля 2010 года, находясь на дежурстве по МУЗ «…» по адресу: (…), вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, при оказании медицинской помощи ребенку Г.А.Е. причинила последнему смерть по неосторожности.

Г.А.Е. поступил на лечение в инфекционное отделение больницы 19 июля 2010 года около (…) с диагнозом «…». В период проводимого лечения с (…) температура у ребенка постоянно колебалась от 37,5 до 38, 2 и оставалась высокой, более 37,5 градусов. Однако, несмотря на высокую температуру, после 18 часов 20 минут меры по снижению температуры тела Г. лечащим врачом Г.Н.В. не принимались. В дальнейшем температуру тела ребенка не измеряли, мер для снижения температуры не предпринимали. 21 июля 2010 года в период с 19 часов 10 минут до 19 часов 15 минут у Г. начались судороги, пошла пена изо рта, в это время Григорьева мер по организации реанимированной помощи ребенку своевременно не предприняла, т.к. отсутствовала в инфекционном отделении, не предупредив младший медицинский персонал о том, где находится, тем самым исключив возможность своевременного принятия мер, необходимых для оказания квалифицированной медицинской помощи. Реанимационные мероприятия начала проводить с недопустимым запозданием, через 20-30 минут после начала судорог.

Кроме того, Григорьева, зная о том, что в (…) больнице отсутствует реанимационное отделение, что в больнице нет необходимых условий для оказания полноценной реанимационной помощи, не вызвала бригаду скорой медицинской помощи для оказания экстренной реанимационной помощи, для транспортировки Г. в медицинское учреждение, где есть реанимационное отделение.

В результате неисполнения врачом Григорьевой своих профессиональных обязанностей в 20 часов 50 минут 21 июля 2010 года была констатирована биологическая смерть Г., которая наступила от остановки дыхания, вызванной нарастающим отеком головного мозга, с вклиниванием ствола мозга в большое затылочное отверстие, обусловленным эпилептическим статусом.

Проверив материалы дела по доводам надзорной жалобы осужденной, президиум считает, что судебные решения подлежат отмене, а дело - направлению на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении закона.

Согласно ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна, в том числе, содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Указанные требования закона по настоящему делу не выполнены, существенные обстоятельства по делу, имеющие значение для принятия обоснованного решения по делу, не исследовались в полной мере и не получили надлежащей оценки.

Суд признал установленным, что Григорьева причинила смерть по неосторожности ребенку Г. вследствие ненадлежащего выполнения своих профессиональных обязанностей.

В судебном заседании Григорьева вину не признала и пояснила, что стала проводить реанимационные мероприятия примерно через 10-15 минут, она сделала все, что от нее зависело, однако ребенок умер.

Как следует из материалов дела и приговора, вывод суда о доказанности вины Григорьевой в совершении причинения смерти по неосторожности сделан в основном на показаниях потерпевшей Г.Л.М., которая пояснила, что помощь ребенку была оказана несвоевременно.

Кроме того, суд в подтверждение вины Григорьевой сослался на показания свидетелей Л.Т.В., К.Н.П., Н.В.В., Л.О.В., Г.Е.В., выводы судебно-медицинской экспертизы. Однако имеющиеся в данных показаниях противоречия не были выяснены и не получили оценки в совокупности с другими доказательствами по делу.

Так, суд, перечислив в приговоре приведенные доказательства, указал: «Оценивая показания Н., Л., К., суд считает, что сама потерпевшая дала оценку показаниям Л., сообщила, что в большей части ее показания не соответствуют действительности. Суд не может признать достоверными показания Л. о времени начала реанимационных мероприятий. Суд находит, что свидетели заняли позицию корпоративной солидарности». Однако данный вывод суда не основан на законе.

Кроме того, без какой либо оценки оставлены выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы, согласно которым «допущенные врачом Григорьевой при проведении реанимационных мероприятий ребенку Г. дефекты объясняются отсутствием у нее подготовки по реаниматологии и недостаточными навыками по части оказания экстренной помощи. Однако основной причиной допущенных при проведении реанимационных мероприятий дефектов являются организационно-административные недостатки: в (…) больнице нет ни реанимационного отделения, ни палаты интенсивной терапии, оснащенной соответствующей аппаратурой; в больнице полностью отсутствует необходимый инструментарий; отсутствует врач-реаниматолог и медицинский персонал, владеющий навыками по оказанию экстренной помощи. При таких условиях следовало вызвать скорую медицинскую помощь, ответственность за это несет администрации больницы.

Запоздалое и недостаточное проведение Г. реанимационных мероприятий отрицательно сказалось на течении у него заболевания и способствовало наступлению его смерти.

Сами по себе медицинские мероприятия, проводившиеся в (…) больнице, не явились причиной наступления смерти ребенка и не причинили вреда его здоровью, но они не прервали связь между развившимися осложнениями заболевания и наступлением смерти, то-есть они явились не причиной, а лишь условием, способствовавшим наступлению его смерти.» (т.1 273-274).

Комиссия также пришла к выводу о том, что «гарантировать сохранение жизни ребенка, даже при правильном оказании ему медицинской помощи, комиссия не может, так как развившиеся у ребенка осложнения, судя по их течению, были крайне тяжелыми и чрезвычайно опасными для жизни, и, кроме того, с точностью установить причину развития судорожного синдрома у ребенка экспертная комиссия не может.» (т.1 л.д.274)

«Смерть ребенка находится в прямой причинно-следственной связи с заболеванием. Сами по себе медицинские мероприятия, проводившиеся ребенку в (…) больнице, не причинили вреда его здоровью. Неполноценные реанимационные мероприятия явились не причиной, а лишь условием, способствовавшим наступлению его смерти, поскольку они не смогли прервать связь между развившимися осложнениями заболевания и наступлением смерти ребенка.» (т.1 л.д.275).

Суд выводам экспертов в приведенной части должной оценки в приговоре не дал, не указал, какие профессиональные обязанности были нарушены виновной, что является необходимым для правильной правовой оценки ее действий.

Уголовная ответственность за неправильные действия медицинского работника может наступать лишь в случаях, когда он в соответствии с полученным образованием и занимаемой должностью обязан был понимать, что его действия находятся в противоречии с определенными правилами медицины и способны привести к неблагоприятным последствиям.

Обязанность сознавать неправильность тех или иных действий предполагает также, что данный медицинский работник не только должен был, но и имел реальную возможность знать, как следует поступать в определенной ситуации.

Таким образом, уголовная ответственность не наступает, если при неблагоприятном исходе лечения действия медицинского работника были правильными; если он сделал все, что следовало сделать в данной ситуации; если медицинский работник не мог предвидеть, что его действия являются неправильными; если при объективно неправильных действиях не наступили вредные последствия или же отсутствует причинная связь между действиями и наступившими последствиями.

Под ненадлежащим исполнением лицом своих профессиональных обязанностей понимается совершение деяний, не отвечающих полностью или частично официальным требованиям, предписаниям, правилам, инструкциям, в результате чего наступает смерть потерпевшего. По делам данной категории должно быть установлено, какие именно профессиональные обязанности нарушил виновный.

Однако суд в приговоре не указал, какие именно требования и каких правил, предписаний, инструкций были нарушены Григорьевой.

Как усматривается из обвинительного заключения, органами предварительного следствия Григорьева обвинялась в том, что, являясь дежурным врачом по больнице, в соответствии с графиком дежурств, работая участковым врачом педиатрического отделения поликлиники МУЗ «…» по совмещаемой должности на период отпуска заведующего инфекционным отделением врачом-ординатором детского инфекционного отделения МУЗ «…», назначенная на должность в соответствии с приказом (…) главного врача, имеющая высшее медицинское образование по специальности санитарно-гигиеническое дело и квалификацию педиатра, в нарушении своих профессиональных обязанностей, установленных п. 3 должностной инструкции врача-ординатора отделения и п. 2.1, 3.8, 3.9 должностной инструкции дежурного врача, утвержденной главным врачом МУЗ «…» обязывающим своевременно и качественно оказывать лечебно-профилактическую помощь больным, при необходимости решать вопрос о госпитализации и переведении в другие стационары, организовывать вызов специальных бригад.

Исследовав в ходе судебного следствия указанные органами следствия инструкции и приказы, суд в описательно-мотивировочной части приговора данные обстоятельства не отразил, не приведены они и в качестве доказательств.

Таким образом, следует признать, что приговор постановлен на недостаточно исследованных материалах дела и подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

При новом рассмотрении дела необходимо устранить допущенные судом противоречия и нарушения и с учетом тщательного судебного разбирательства, а также результатов проверки доводов Григорьевой, принять по делу законное и обоснованное решение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 407 и ст. 408 УПК РФ, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

надзорную жалобу осужденной Григорьевой Н.В. удовлетворить частично.

Приговор Щелковского городского суда Московской области от 25 ноября 2011 года и кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 21 февраля 2012 года в отношении Григорьевой Нины Владимировны, осужденной за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Председательствующий




Электронный текст документа
подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка

Номер документа: 44у-175/12
Принявший орган: Московский областной суд
Дата принятия: 20 июня 2012

Поиск в тексте