• по
Более 52000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус


АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ
 

РЕШЕНИЕ

от 08 апреля 2013 года Дело N А55-34463/2012

Резолютивная часть решения объявлена 02 апреля 2013 года. Полный текст решения изготовлен 08 апреля 2013 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе судьи

Кулешовой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршиковой О.В.

рассмотрев 02 апреля 2013 года в судебном заседании дело по заявлению

Закрытого акционерного общества "Метролог"

к Инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г.Самары,

с участием ИФНС России по Промышленному району г. Самары, УФНС России по Самарской области

о признании недействительным ненормативного акта

при участии в заседании:

от заявителя - предст. Ерастова Р.Ю. по дов. от 28.11.2012 г., от ИФНС по Октяб. р-ну - предст. Варламовой Н.В. по дов. от 21.01.2013 г., предст. Корольчук С.А. по дов. от 11.12.2012 г., предст. Трубниковой Л.В. по дов. от 09.01.2013 г., от ИФНС по Промышл. р-ну - предст. Батова М.В. по дов. от 10.01.2013 г., от УФНС - предст. Косарева А.А. по дов. от 10.08.2012 г.,

Установил:

Заявитель обратился в суд с заявлением о признании недействительным решения инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г.Самары № 15-29/53 от 11.09.2012 г. (с учетом решения по апелляционной жалобе Управления ФНС России по Самарской области от 27.11.12 г. №03-15/30100), ссылаясь на нарушение процедуры назначения проверки, необоснованность решения и обоснованность налоговой выгоды.

ИФНС по Ок. р-ну требования не признает, ссылаясь на соблюдение процедуры назначения проверки и необоснованность заявленной налоговой выгоды.

УФНС требования не признает, ссылаясь на соблюдение процедуры назначения проверки и необоснованность заявленной налоговой выгоды.

ИФНС по Пром.р-ну требования не признает, ссылаясь на соблюдение процедуры назначения проверки и необоснованность заявленной налоговой выгоды.

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения лиц, участвующих в деле,, арбитражный суд находит заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела инспекцией Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г. Самары была проведена выездная налоговая проверка соблюдения заявителем требований налогового законодательства в части правильности исчисления и уплаты налогов за период 2008-2009 г.г.

Решением инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г.Самары № 15-29/53 от 11.09.2012 г. налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п.1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа за неуплату налога на прибыль в федеральный бюджет в размере 754706 руб. 67 коп., в бюджет субъекта РФ в размере 2493449 руб. 20- коп., за неуплату НДС в размере 3147680 руб. 20 коп., также ему предложено уплатить налоги в общем размере 52651176 руб. 74 коп., в т.ч. НДС в размере 36410397 руб. 00 коп. и налог на прибыль в размере 16240779 руб. 74 коп. , начислены пени за просрочку уплаты налогов в размере 17686931 руб. 38 коп. ( т. 1 л.д. 13-154).

Решением по апелляционной жалобе Управления ФНС России по Самарской области от 27.11.12 г. №03-15/30100 названное решение изменено в части начисления НДС в размере 23065091 руб. 20 коп., инспекцию обязали произвести перерасчет штрафных санкций и сумм пени в соответствии с настоящим решением. ( т. 1 л.д. 164-169).

При оценке данного решения суд исходит из положений п. 5 ст. 200 АПК РФ, устанавливающего, что обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Заявитель, оспаривая решение, ссылается на нарушение процедуры назначения и проведения проверки.

Как следует из материалов дела 31.08.2011 г. решением участников ЗАО «Метролог» адрес местонахождения заявителя: г. Самара ул. Брошевского 3-102, был изменен, установлен новый адрес местонахождения общества: г. Самара ул. Ново-Садовая, дом 381, 2-й этаж, ком. 3.

31.08.2011 г. общество обратилось в ИФНС России по Октябрьскому району г. Самара с заявлением о государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы, связанных с изменением адреса местонахождения, (т. 17, л.д. 17, 18, 19, 20,21)

07.09.2011 г. решением налогового органа о государственной регистрации в Единый государственный реестр юридических лиц были внесены изменения, касающиеся смены местонахождения ЗАО «Метролог» (т. 17, л.д. 22).

В этот же день - 07.09.2011 г. решением ИФНС России по Октябрьскому району г. Самары в отношении ЗАО «Метролог» была назначена выездная налоговая проверка (т.16, л.д. 122).

Согласно п. 2 ст. 89 Налогового кодекса Российской Федерации решение о проведении выездной налоговой проверки выносит налоговый орган по месту нахождения организации или по месту жительства физического лица.

Налоговый кодекс не предоставляет компетенции по проведению выездной налоговой проверки иному налоговому органу, в том числе тому, в котором налогоплательщик состоял на учете ранее.

Пунктом 14 ст. 101 НК РФ установлено, что несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных настоящим Кодексом, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

В соответствии со статьей 8, пунктом 3 статьи 18 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" государственная регистрация изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, и (или) внесение в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с изменениями, вносимыми в учредительные документы юридического лица, осуществляется не более чем пять рабочих дней со дня представления документов в регистрирующий орган.

В соответствии с пунктом 4 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Каждой записи присваивается государственный регистрационный номер, и для каждой записи указывается дата внесения ее в соответствующий государственный реестр. При несоответствии указанных в пунктах 1 и 2 настоящей статьи сведений государственных реестров сведениям, содержащимся в документах, представленных при государственной регистрации, сведения, указанные в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, считаются достоверными до внесения в них соответствующих изменений.

Датой снятия организации с учета в связи с изменением места нахождения является дата внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи об изменении месте нахождения юридического лица (подпункта 3.6.1 Порядка и условия присвоения, применения, а также изменения идентификационного номера налогоплательщика при постановке на учет, снятии с учета юридического и физического лица, утвержденного Приказом Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 03.03.2004 N БГ-N-09/178).

Согласно письму Министерства финансов Российской Федерации от 02.03.2012 N 03-02-07/1-68 организация считается снятой с учета в налоговом органе по прежнему месту нахождения этой организации и одновременно поставленной на учет в налоговом органе по новому месту нахождения с даты внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи об изменении места нахождения юридического лица.

Поскольку на дату принятия решения о проведении выездной налоговой проверки 07.09.11 г. в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись об изменении места нахождения заявителя как юридического лица в силу названных выше норм налогового законодательства следует сделать вывод о недействительности результатов проверки и незаконности оспариваемого решения как принятого по результатам налоговой проверки, проведенной ненадлежащим налоговым органом.

Доводы инспекции о том, что при оценке законности принятия решения о проведении выездной налоговой проверки следует исходить не только из даты внесения изменений в ЕГРЮЛ, но и принимать во внимание очередность принятия в решений назначении проверки и о регистрации изменений в ЕГРЮЛ в течение этого дня, не могут быть признаны судом состоятельными.

В силу прямого указания подпункта 3.6.1 Порядка и условия присвоения, применения, а также изменения идентификационного номера налогоплательщика при постановке на учет, снятии с учета юридического и физического лица, утвержденного Приказом Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 03.03.2004 N БГ-N-09/178, обязательного для налоговых органов, именно дата внесения изменений в ЕГРЮЛ является датой снятия организации с учета в связи с изменением места нахождения. Иное означало бы возможность одновременного нахождения одной и той же организации за учете в двух налоговых органах в течение одного дня в зависимости от конкретного времени внесения изменений в ЕГРЮЛ, что находится в явном противоречии с основным принципам налогового законодательства, в т.ч. об исключении возможности двойного налогообложения и т.д. Такое толкование находится и в явном противоречии с законодательством о государственной регистрации юридических лиц и предпринимателей.

Поэтому именно «дата», а не «момент» или «время в часах и минутах» является определяющим при решении вопроса о моменте перехода на налоговый учет в другой налоговый орган и о том, какой налоговый орган является надлежащим по отношению к конкретному налогоплательщику.

В рассматриваемом случае такой датой является 07.09.11 г. Следовательно, с 07.09.11 г. ИФНС России по Октябрьскому району утратила право принимать решение о назначении выездной налоговой проверки в отношении ООО «Метролог». Этот вывод подтверждается также и тем, что 07.09.11 г. данная организация была поставлена на налоговый учет в ИФНС России по Промышленному району г. Самары, что подтверждается свидетельством серия 63 № 005496959 ( т. 1 л.д. 53). Следовательно, с этой даты именно ИФНС РФ по Промышленному району г. Самары являлся налоговым органом в контексте ст. 89 НК РФ.

Это подтверждается также и представленным ИФНС по Октябрьскому району г. Самары скриншотом сведений из АИС «Налог» «Налоговый учет» в отношении данного налогоплательщика. Как следует из записи под номером 284280 07.09.11 г. с 00 час. 00 мин. ЗАО «Метролог» в электронной базе налогоплательщиков снято с налогового учета в ИФНС России по Октябрьскому району (код n322) на основании записи от 07.099.11 г. в 17 част. 29 мин. (код D85) . Дата уведомления о снятии с учета 09.07.11 г. в 00 ч. 00 мин. (код N1375) ( т. 20 л.д. 114,115). Таким образом, применяемая методика электронного ведения ЕГРЮЛ предполагает автоматическое внесение в реестр сведений о регистрации изменений с 00 час.00 мин. соответствующей даты вне зависимости от конкретного времени регистрации этих изменений в течение этих суток.

Поэтому в скриншоте АИС «Налог» при регистрации в электронном виде решения о провдеении выездной налоговой проверки № 292 от 07.09.11 г. , представленной налоговым органом (том 17, лист 28), указано, что решение вынесено в отношении ЗАО «Метролог» г. Самара, ул. Ново-Садовая, 381, 2 этаж, комната 3. Данный адрес является новым местом расположения организации с 07.09.11 г., т.е. с момента внесения изменений в ЕГРЮЛ.

Этот вывод подтверждается позицией Минфина РФ изложенной им в Письме от 05.05.12г. №03-02-07/1-110 о том, что решение о проведении выездной налоговой проверки организации выносит налоговый орган, в котором эта организация состоит на учете по месту своего нахождения до дня внесения записи в ЕГРЮЛ в связи с переменой ее места нахождения. Таким образом, в данном случае ИФНС Росси по Октябрьскому району вправе была принимать решения о проведении выездной налоговой проверки в отношении заявитель только до 06.09.11 г. (включительно).

Тот факт, что на момент принятия решения о выездной налоговой проверки от 07.09.11 г. конкретный работник инспекции не знал о регистрации в тот же день решения о внесении изменений в ЕГРЮЛ, не может повлиять на законность этого решения и легитимность проверки в силу прямого указания названных выше нормативных и подзаконных актов в их совокупности и взаимозависимости.

Допущенное налоговым органом нарушение в соответствии с п. 14 ст. 101 НК РФ является самостоятельным и достаточным основанием для признания оспариваемого решения недействительным.

С учетом изложенного заявленные требования следует признать обоснованными и признать оспариваемое решение недействительным в полном размере как принятое не уполномоченным налоговым органом по результатам налоговой проверки, назначенной с грубым нарушением требований названных выше норм налогового законодательства.

Суд не может также признать состоятельными и выводы инспекции по существу вменяемых налогоплательщику нарушений налогового законодательства.

В качестве основания для привлечения заявителя к налоговой ответственности, начисления ему налогов и пени налоговый орган ссылается на необоснованное заявление налогового вычета по налогу на добавленную стоимость, уплаченному в составе стоимости работ, выполненных ООО «Гранитекс», ООО «Ремстрой», ООО « Сигнател», а также уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль на величину расходов по оплате стоимости данных работ.

Однако данные доводы инспекции не основаны на нормах налогового законодательства и на фактических обстоятельствах дела.

В силу пункта 1 статьи 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные этой статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы данного налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в силу главы 21 Кодекса, и товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В статье 172 Кодекса (в редакции, действовавшей в рассматриваемый период) определен порядок применения налоговых вычетов, согласно которому налоговые вычеты, установленные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) с учетом особенностей, предусмотренных этой статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

Требования к счетам-фактурам изложены в ст. 169 НК РФ, которая определяет, что счет - фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном названным кодексом.

В соответствии со статьей 252 Кодекса налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов.

При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты налогоплательщика.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из содержания норм Налогового кодекса Российской Федерации с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15.02.2005 N 93-О, следует вывод том, что обязанность подтверждать обоснованность расходов, а также правомерность применения вычетов по НДС первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров, (работ услуг), поскольку именно он выступает субъектом, исчисляющим итоговую сумму налога, подлежащую уплате в бюджет.

Условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически осуществлены. При этом должны приниматься во внимание доказательства, представленные налогоплательщиком в подтверждение факта и размера этих затрат, которые подлежат правовой оценке в совокупности.

При этом, в силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возлагается на орган, принявший такой ненормативный акт, то есть налоговые органы обязаны документально доказать доводы как о наличии недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах, так и о направленности действий налогоплательщика на необоснованное получение налоговой выгоды при осуществлении соответствующих хозяйственных операций.

Таким образом, налогоплательщик обязан представить в установленном порядке документы, подтверждающие обоснованность заявленных налоговых вычетов и расходов, а налоговый орган обязан документально подтвердить правомерность отказа в применении вычета по налогу и принятия затрат в состав расходов.

При этом должны приниматься во внимание доказательства, представленные налогоплательщиком в подтверждение факта и размера этих затрат (наличие у налогоплательщика подтверждающих затраты первичных документов, оформленных в установленном порядке), реальность понесенных налогоплательщиком затрат, которые подлежат правовой оценке в совокупности.

Согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 12.10.2006 N 53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды, в т.ч. уклонения от налогообложения. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Как следует из материалов дела первоначально в акте проверки и в решении до рассмотрения возражений налогоплательщика был сделан вывод о необоснованности налоговой выгоды по 6 поставщикам: ООО «Гранитекс», ООО «Ремстрой», ООО « Сигнател», ООО «Амакс», ООО «Гранит», ООО «Медиастрой».

При этом налоговым органом были сделаны выводы о том, что все документы от имени этих организаций подписаны не установленными и не уполномоченными на их подписание физическими лицами;

- основные и транспортные средства отсутствуют;

- численность работающего персонала 1 человек;

- по показаниям руководителей и учредителей данных организаций, следует , что ни не имеют отношения к данным организациям;

- отсутствие по зарегистрированному адресу организации;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов экономической деятельности в сил отсутствия управленческого и технического персонала основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

- отсутствует

В решении указано, что в ситуации, когда у юридического лица отсутствуют законные органы управления, сделки, совершенные от его имени, не могут быть признаны реальными.

Любая деятельность юридического лица, не имеющего законного учредителя и органов управления, заведомо противна основам правопорядка, так как подрывает основы хозяйственного оборота и предпринимательской деятельности. Со ссылкой на Постановление Президиума ВАС РФ от 10.04.08 г. № 22 налоговый орган сделал вывод о ничтожности сделок.

Также сделан вывод о том, что заявитель не проявил должной осмотрительности при заключении сделок с данными контрагентами. ( т. 1 л.д. 132, 133).

В связи с чем инспекция указала на необоснованное занижение налоговой базы по налогу на прибыль.

Однако при рассмотрении возражений налогоплательщика налоговый орган в решении по контрагентам ООО «Амакс», ООО «Гранит», ООО «Медиастрой» пришел к выводу об обоснованности налоговой выгоды. При этом в решении указано, что эти организации зарегистрированы налоговым органом в установленном законом порядке, до момента снятия с регистрационного учета они являлись самостоятельными налогоплательщиками. Факт отсутствия юридического лица по юридическому адресу не является доказательством недобросовестности этих контрагентов. Данное обстоятельство свидетельствует лишь о не соблюдении контрагентов порядка государственной регистрации изменений в учредительные документы, но не доказывает тот факт, что организации не оказывали услуги и не выполняли работы в адрес заявителя.

При заключении сделок заявителем были проведены все доступные действия, запрошены и получены учредительные документы. В решении указано, что в соответствии с определениями от 25.07.2001 N 138-О и от 15.02.2005 N 93-О Конституционного Суда Российской Федерации следует, что для доказательства недобросовестности налогоплательщика необходимо представить подтверждения умышленности совместных действий сторон по сделке по возмещению налога на добавленную стоимость из бюджета, фиктивности хозяйственных операций, отсутствия осуществления уставной деятельности общества, для которой получалась продукция, и другие доказательства.

Таким образом, при выявлении у всех 6 контрагентов абсолютно идентичных обстоятельств применительно к исполнению ими своих налоговых обязательств, отсутствию у них основных средств, работников и иных условий, необходимых для выполнения работ по договору, подписанию документов от имени этих организаций не уполномоченными лицами, учреждение организаций по утраченным или подложным паспортам, отсутствию у них соответствующих лицензий на занятие определенными видами деятельности, не проявление заявителем должной осмотрительности при заключении сделок с этими контрагентами, в ходе рассмотрения разногласий налогоплательщика ИФНС по Октябрьскому району в отношении трех контрагентов сделала вывод об обоснованности налоговой выгоды и отказала в предоставлении этой выгоды по трем другим контрагентам.

В ходе судебного разбирательства суд предлагал инспекции представить обоснование таких взаимоисключающих выводов при аналогичных обстоятельствах. Единственным и решающим критерием, на который указал налоговый орган, явились факты нахождения директоров ООО «Гранитекс», ООО «Ремстрой», ООО « Сигнател» в местах лишения свободы либо их смерть. Причем в отношении ООО «Ремстрой» руководитель, подписавший все первичные документы, не признан умершим, речь идет о предыдущем директоре, утратившим свои полномочия до периода взаимоотношений с заявителем.

Очевидно, что при таких обстоятельствах оспариваемое решение по существу содержащихся в нем выводом в отношении этих контрагентов нельзя признать законным и обоснованным. Это является самостоятельным основанием для признания решения незаконным как содержащее взаимоисключающие выводы по аналогичным обстоятельствам.

Кроме того, налогоплательщиком в материалы дела по ООО «Гранитекс», ООО «Ремстрой», ООО «Сигнател» представлены договоры, счета-фактуры, акты выполненных работ, платежные поручения об оплате работ и товаров. ( т. т. 2-13).

Поскольку названные документы в полной мере отвечают требованиям, предъявляемым ст.ст. 171- 172, 252 НК РФ, к доказательствам наличия у налогоплательщика права на налоговый вычет и уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль на величину произведенных расходов, оспариваемое решение в этой части следует признать незаконным.

Ссылки инспекции на необоснованность налоговой выгоды и на наличие счетах-фактурах недостоверных сведений не могут быть признаны судом состоятельными.

Правоотношения заявителя ООО «Сигнател» контрагентом имели место в период с февраля 2008 г. по март 2009 г. Согласно информационному письму Межрайонной ИФНС России № 16 по Самарской области от 14.09.11 г. данная организация стояла на налоговом учете в инспекции с 17.09.07 г. , последняя отчетность представлена за 4 квартал 2009г. ( т. 16 л.д.60). До настоящего времени организация не снята с налогового учета, регистрация не признана незаконной. В информационном письме указано на отсутствие налоговых проверок, т.е. на отсутствие фактов нарушения налогового законодательства.

Поэтому в данной ситуации сама по себе постановка вопроса об обоснованности (необоснованности) налоговой выгоды, полученной заявителем по описанной выше хозяйственной операции, в контексте названного выше Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации является неосновательной. Таким образом, в рассматриваемом случае заявитель как налогоплательщик не получил никакой налоговой выгоды от заключения и последующего исполнения договоров с данным контрагентом в виде заявления налогового вычета по НДС и уменьшении налоговой базы по налогу на прибыль, поскольку ровно такую же сумму в качестве налога и стоимости работ он перечислил контрагенту в безналичном порядке. Следовательно, источник получения заявителем налога из бюджета был сформирован, в конечном счете, за счет его же денежных средств. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что целью заключения сделок являлось получение заявителем конкретного результата, необходимого для его производственной деятельности.

Все расчеты с данным контрагентом производились в безналичной форме.

При этом при открытии счета кредитное учреждение руководствуется Указанием Центрального банка Российской Федерации от 21.06.2003 года № 1297-У «О порядке оформления карточки с образцами подписей и оттиска печати» (далее «Указание») и Инструкцией Госбанка СССР от 30.10.1986 N 28 "О расчетных, текущих и бюджетных счетах, открываемых в учреждениях Госбанка СССР" порядком. При этом в соответствии с Положением ЦБР от 19 августа 2004 г. N 262-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» Банком в обязательном порядке производится процедура идентификации клиентов.

Подлинность подписи лиц в карточке налоговыми органами в ходе проверки не исследовалась, как и обстоятельства, связанные с открытием этого счета и исполнений поручений плательщика. В частности, инспекцией не опрошено лицо, засвидетельствовавшее подлинность подписи директора организации.

В ходе проверки установлено, что директором организации являлся Лукьянов П.А.

В силу п. 2 ст. 18 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"представление документов для регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, и (или) внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с изменениями учредительных документов юридического лица, осуществляются в порядке, предусмотренном статьей 9 настоящего Федерального закона.

Согласно п.1 ст.9 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", устанавливающим, что заявление, представляемое в регистрирующий орган, удостоверяется подписью уполномоченного лица, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке. При этом заявитель указывает свои паспортные данные или в соответствии с законодательством Российской Федерации данные иного удостоверяющего личность документа и идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии). Также данной нормой определен исчерпывающий перечень лиц, которые могут являться заявителями при государственной регистрации юридического лица. Федеральным законом от 23.06.2003 N 76-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц", вступившим в действие с 01.01.2004, из данного перечня исключены лица, действующие на основании доверенности. Таким образом, начиная с 01.01.2004, действующие по доверенности лица не могут быть заявителями при государственной регистрации юридического лица.

В ходе налоговой проверки не исследован вопрос о том, кто подписал заявление о регистрации организации.

При таких обстоятельствах вывод инспекции о несоответствии первичных документов требованиям достоверности не может быть признан обоснованным.

Кроме того, оформление документов, подтверждающих исполнение сделок от имени контрагента, за подписью неустановленного лица само по себе не является безусловным и достаточным основанием для отказа в применении налоговых вычетов и признания налоговой выгоды необоснованной.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09 определена правовая позиция, согласно которой в случае реальности хозяйственных операций вывод о недостоверности (противоречивости) счетов-фактур, подписанных не лицами, значащимися в учредительных документах поставщиков в качестве руководителей этих организаций, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" указано, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

В ходе налоговой проверки и в ходе рассмотрения дела таких обстоятельств не установлено.

При отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Инспекцией в ходе проверки и судом в ходе рассмотрения дела не было установлено ни одного из перечисленных обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности общества. Следовательно, вывод о недостоверности счетов-фактур и накладных, подписанных не лицом, значащимся в учредительных документах поставщиков в качестве руководителя этого общества, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной. Данный вывод суда основан на системном толковании норм налогового законодательства в их взаимосвязи и сделан с учетом принципа единообразия судебной практики, нашедшей свое выражение, в частности, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2010 г. N 18162/09, в постановлении ФВС Поволжского округа от 11 марта 2010 г. по делу N А55-17873/2009.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В данном случае все изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о достоверности представленных в качестве доказательства на налоговый вычет первичных документов.

Судом также учтена правовая позиция Европейского суда по правам человека, изложенная в Постановлении от 22.01.2009 по делу «Булвес» АД против Болгарии. Согласно толкованию, данному Европейским судом по правам человека в указанном Постановлении, законодатель вправе предусматривать определенные ограничения во избежание налоговых мошенничеств, но такие меры должны касаться должной осмотрительности налогоплательщиков-покупателей в определенных обстоятельствах (special diligence) и не могут сводиться к отказу в вычете при любой налоговой неисполнительности поставщика. Без доказательств неосмотрительности налогоплательщика-покупателя в каком-либо допущенном поставщиком налоговом мошенничестве налоговая администрация не может наказывать (penalise) покупателя взысканием налога и пени за поставщика, поскольку это явилось бы несоразмерным ограничением права собственности, признаваемого в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Поскольку налогоплательщик-покупатель не несет риск бездействия поставщика вне рамок должной осмотрительности, он не должен понуждаться нести налоговые убытки.

Данная позиция Европейского суда по правам человека подлежит применению в силу положений ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации, п.2.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 №2-П, разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в Информационном письме от 20.12.1999 №С1-7/СМП-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие». Таким образом, с учетом приведенной правовой позиции Европейского суда по правам человека и фактических обстоятельств дела, суд пришел к выводу о том, что отказ лица, указанного в ЕГРЮЛ в качестве руководителя от подписи первичных документов, а также от какого-либо участия в деятельности этой организации, при отсутствии доказательств прямого участия налогоплательщика в противоправных действиях контрагента, не могут служить основанием для отказа ему в праве на применение расходов для целей налогообложения прибыли и вычетов по НДС.

Суд не может также признать обоснованными и выводы инспекции о недостаточной степени разумности действий налогоплательщика при заключении и исполнении договоров с данным контрагентом.

Поскольку

Этот вывод суда подтверждается также и тем, что все расчеты по договорам производились в безналичной форме через расчетный счет, без применения каких-либо особых форм расчета.

Доводы инспекции об отсутствии у контрагента на момент осуществления взаимоотношений с заявителем основных средств, нематериальных актов, а также штата не подтверждены соответствующими доказательствами, а потому расцениваются как необоснованные.

Факт отсутствия регистрации автотранспортных средств у данного конрагента в контексте установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств не может сам по себе свидетельствовать о нереальности сделок. Действующее гражданское законодательство не содержит ограничений для подрядчика выполнять соответствующие работы с привлечением арендованной техники либо путем поручения этих работ субподрядчикам.

Аналогично не представление сведений в ПФ РФ при наличии налоговых деклараций по НДС и налогу на прибыль с начислениями, т.е. подтверждающими осуществление организацией реальной хозяйственной деятельности, может свидетельствовать лишь о ненадлежащем исполнении страхователем своих обязанностей. Поэтому вывод инспекции об отсутствии у данной организации работников является необоснованным.

Таким образом, анализ всех материалов дела в совокупности и взаимозависимости свидетельствует о том, что налогоплательщик при заключении и исполнении сделок с названным контрагентом действовал со всей возможной и необходимой степенью предусмотрительности и осторожности, все хозяйственные операции являются реальными, основной целью налогоплательщика являлось получение прибыли от исполнения договоров и последующей реализации продукции, работ и услуг.

Правоотношения заявителя с ООО «Гранитекс» имели место в период с октября 2008 г. по декабрь 2009 г. Согласно информационному письму инспекции по Советскому району г. Самары от 11.07.11 г. данная организация стояла на налоговом учете в инспекции до 26.094.11 г , последняя отчетность представлена за 3 квартал 2010г. При этом не указано на представление нулевых деклараций. ( т. 16 л.д.96). В информационном письме указано на отсутствие налоговых проверок, т.е. на отсутствие фактов нарушения налогового законодательства.

Поэтому в данной ситуации сама по себе постановка вопроса об обоснованности (необоснованности) налоговой выгоды, полученной заявителем по описанной выше хозяйственной операции, в контексте названного выше Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации является неосновательной. Таким образом, в рассматриваемом случае заявитель как налогоплательщик не получил никакой налоговой выгоды от заключения и последующего исполнения договоров с данным контрагентом в виде заявления налогового вычета по НДС и уменьшении налоговой базы по налогу на прибыль, поскольку ровно такую же сумму в качестве налога и стоимости работ он перечислил контрагенту в безналичном порядке. Следовательно, источник получения заявителем налога из бюджета был сформирован, в конечном счете, за счет его же денежных средств. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что целью заключения сделок являлось получение заявителем конкретного результата, необходимого для его производственной деятельности.

Все расчеты с данным контрагентом производились в безналичной форме.

При этом при открытии счета кредитное учреждение руководствуется Указанием Центрального банка Российской Федерации от 21.06.2003 года № 1297-У «О порядке оформления карточки с образцами подписей и оттиска печати» (далее «Указание») и Инструкцией Госбанка СССР от 30.10.1986 N 28 "О расчетных, текущих и бюджетных счетах, открываемых в учреждениях Госбанка СССР" порядком. При этом в соответствии с Положением ЦБР от 19 августа 2004 г. N 262-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» Банком в обязательном порядке производится процедура идентификации клиентов.

Подлинность подписи лиц в карточке налоговыми органами в ходе проверки не исследовалась, как и обстоятельства, связанные с открытием этого счета и исполнений поручений плательщика. В частности, инспекцией не опрошено лицо, засвидетельствовавшее подлинность подписи директора организации.

В ходе проверки установлено, что директором организации в проверяемый период являлась Сорокина В.И. Затем 26.04.11 г. организация была реорганизована путем слияния с ООО «ЮЛА».

В силу п. 2 ст. 18 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"представление документов для регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, и (или) внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с изменениями учредительных документов юридического лица, осуществляются в порядке, предусмотренном статьей 9 настоящего Федерального закона.

Согласно п.1 ст.9 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", устанавливающим, что заявление, представляемое в регистрирующий орган, удостоверяется подписью уполномоченного лица, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке. При этом заявитель указывает свои паспортные данные или в соответствии с законодательством Российской Федерации данные иного удостоверяющего личность документа и идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии). Также данной нормой определен исчерпывающий перечень лиц, которые могут являться заявителями при государственной регистрации юридического лица. Федеральным законом от 23.06.2003 N 76-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц", вступившим в действие с 01.01.2004, из данного перечня исключены лица, действующие на основании доверенности. Таким образом, начиная с 01.01.2004, действующие по доверенности лица не могут быть заявителями при государственной регистрации юридического лица.

В ходе налоговой проверки не исследован вопрос о том, кто подписал заявление о внесении в ЕГРЮЛ изменений относительно руководителя организации, поскольку на этот момент Сорокина В.И. находилась в местах лишения свободы.

При таких обстоятельствах вывод инспекции о несоответствии первичных документов требованиям достоверности не может быть признан обоснованным.

Кроме того, оформление документов, подтверждающих исполнение сделок от имени контрагента, за подписью неустановленного лица само по себе не является безусловным и достаточным основанием для отказа в применении налоговых вычетов и признания налоговой выгоды необоснованной.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09 определена правовая позиция, согласно которой в случае реальности хозяйственных операций вывод о недостоверности (противоречивости) счетов-фактур, подписанных не лицами, значащимися в учредительных документах поставщиков в качестве руководителей этих организаций, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" указано, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

В ходе налоговой проверки и в ходе рассмотрения дела таких обстоятельств не установлено.

При отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Инспекцией в ходе проверки и судом в ходе рассмотрения дела не было установлено ни одного из перечисленных обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности общества. Следовательно, вывод о недостоверности счетов-фактур и накладных, подписанных не лицом, значащимся в учредительных документах поставщиков в качестве руководителя этого общества, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной. Данный вывод суда основан на системном толковании норм налогового законодательства в их взаимосвязи и сделан с учетом принципа единообразия судебной практики, нашедшей свое выражение, в частности, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2010 г. N 18162/09, в постановлении ФВС Поволжского округа от 11 марта 2010 г. по делу N А55-17873/2009.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В данном случае все изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о достоверности представленных в качестве доказательства на налоговый вычет первичных документов.

Судом также учтена правовая позиция Европейского суда по правам человека, изложенная в Постановлении от 22.01.2009 по делу «Булвес» АД против Болгарии. Согласно толкованию, данному Европейским судом по правам человека в указанном Постановлении, законодатель вправе предусматривать определенные ограничения во избежание налоговых мошенничеств, но такие меры должны касаться должной осмотрительности налогоплательщиков-покупателей в определенных обстоятельствах (special diligence) и не могут сводиться к отказу в вычете при любой налоговой неисполнительности поставщика. Без доказательств неосмотрительности налогоплательщика-покупателя в каком-либо допущенном поставщиком налоговом мошенничестве налоговая администрация не может наказывать (penalise) покупателя взысканием налога и пени за поставщика, поскольку это явилось бы несоразмерным ограничением права собственности, признаваемого в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Поскольку налогоплательщик-покупатель не несет риск бездействия поставщика вне рамок должной осмотрительности, он не должен понуждаться нести налоговые убытки.

Данная позиция Европейского суда по правам человека подлежит применению в силу положений ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации, п.2.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 №2-П, разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в Информационном письме от 20.12.1999 №С1-7/СМП-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие». Таким образом, с учетом приведенной правовой позиции Европейского суда по правам человека и фактических обстоятельств дела, суд пришел к выводу о том, что отказ лица, указанного в ЕГРЮЛ в качестве руководителя от подписи первичных документов, а также от какого-либо участия в деятельности этой организации, при отсутствии доказательств прямого участия налогоплательщика в противоправных действиях контрагента, не могут служить основанием для отказа ему в праве на применение расходов для целей налогообложения прибыли и вычетов по НДС.

Суд не может также признать обоснованными и выводы инспекции о недостаточной степени разумности действий налогоплательщика при заключении и исполнении договоров с данным контрагентом.

Поскольку

Этот вывод суда подтверждается также и тем, что все расчеты по договорам производились в безналичной форме через расчетный счет, без применения каких-либо особых форм расчета.

Доводы инспекции об отсутствии у контрагента на момент осуществления взаимоотношений с заявителем основных средств, нематериальных актов, а также штата не подтверждены соответствующими доказательствами, а потому расцениваются как необоснованные.

Факт отсутствия регистрации автотранспортных средств у данного конрагента в контексте установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств не может сам по себе свидетельствовать о нереальности сделок. Действующее гражданское законодательство не содержит ограничений для подрядчика выполнять соответствующие работы с привлечением арендованной техники либо путем поручения этих работ субподрядчикам.

Аналогично не представление сведений в ПФ РФ при наличии налоговых деклараций по НДС и налогу на прибыль с начислениями, т.е. подтверждающими осуществление организацией реальной хозяйственной деятельности, может свидетельствовать лишь о ненадлежащем исполнении страхователем своих обязанностей. Поэтому вывод инспекции об отсутствии у данной организации работников является необоснованным.

Таким образом, анализ всех материалов дела в совокупности и взаимозависимости свидетельствует о том, что налогоплательщик при заключении и исполнении сделок с названным контрагентом действовал со всей возможной и необходимой степенью предусмотрительности и осторожности, все хозяйственные операции являются реальными, основной целью налогоплательщика являлось получение прибыли от исполнения договоров и последующей реализации продукции, работ и услуг.

Правоотношения заявителя с ООО «Ремстрой» имели место в период с августа по декабрь 2008 г. Согласно информационному письму ИФНС России по Ленинскому район уг. Самары от 27.01.12 г. данная организация стояла на налоговом учете в инспекции с 29.06.07 г. , последняя отчетность представлена за 4 квартал 2009г. ( т. 16 л.д.60). В информационном письме указано, что фактов нарушения налогового законодательства не выявлено.

Поэтому в данной ситуации сама по себе постановка вопроса об обоснованности (необоснованности) налоговой выгоды, полученной заявителем по описанной выше хозяйственной операции, в контексте названного выше Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации является неосновательной. Таким образом, в рассматриваемом случае заявитель как налогоплательщик не получил никакой налоговой выгоды от заключения и последующего исполнения договоров с данным контрагентом в виде заявления налогового вычета по НДС и уменьшении налоговой базы по налогу на прибыль, поскольку ровно такую же сумму в качестве налога и стоимости работ он перечислил контрагенту в безналичном порядке. Следовательно, источник получения заявителем налога из бюджета был сформирован, в конечном счете, за счет его же денежных средств. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что целью заключения сделок являлось получение заявителем конкретного результата, необходимого для его производственной деятельности.

Все расчеты с данным контрагентом производились в безналичной форме.

При этом при открытии счета кредитное учреждение руководствуется Указанием Центрального банка Российской Федерации от 21.06.2003 года № 1297-У «О порядке оформления карточки с образцами подписей и оттиска печати» (далее «Указание») и Инструкцией Госбанка СССР от 30.10.1986 N 28 "О расчетных, текущих и бюджетных счетах, открываемых в учреждениях Госбанка СССР" порядком. При этом в соответствии с Положением ЦБР от 19 августа 2004 г. N 262-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» Банком в обязательном порядке производится процедура идентификации клиентов.

Подлинность подписи лиц в карточке налоговыми органами в ходе проверки не исследовалась, как и обстоятельства, связанные с открытием этого счета и исполнений поручений плательщика. В частности, инспекцией не опрошено лицо, засвидетельствовавшее подлинность подписи директора организации.

В ходе проверки установлено, что директором организации до 29.06.07 г. по 03.10.07 г. являлся Елизаров А.А., затем с 03.10.07 г. по 18.02.08 г. -Сабанин К.В. и с 18.02.08 г. по 31.10.11 г. - Бочкарева Е.Д. (акт проверки т. 1 л.д. 91).

Инспекция в обоснование своих выводов о необоснованности выгоды по этому контрагенту ссылается на то, что Елизаров А.А. умер 27.10.05 г.

Однако на момент взаимоотношений заявителя с данным конрагентом руководителем являлась Бочкарев Е.Д., которая в ходе опроса подтвердила факт регистрации изменений за вознаграждение. Все документы от имении ООО «РОемстрой» подписаны Бочкаревой Е.Д.

В силу п. 2 ст. 18 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"представление документов для регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, и (или) внесения в единый государственный реестр юридических лиц изменений, касающихся сведений о юридическом лице, но не связанных с изменениями учредительных документов юридического лица, осуществляются в порядке, предусмотренном статьей 9 настоящего Федерального закона.

Согласно п.1 ст.9 Федерального закона от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", устанавливающим, что заявление, представляемое в регистрирующий орган, удостоверяется подписью уполномоченного лица, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке. При этом заявитель указывает свои паспортные данные или в соответствии с законодательством Российской Федерации данные иного удостоверяющего личность документа и идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии). Также данной нормой определен исчерпывающий перечень лиц, которые могут являться заявителями при государственной регистрации юридического лица. Федеральным законом от 23.06.2003 N 76-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "О государственной регистрации юридических лиц", вступившим в действие с 01.01.2004, из данного перечня исключены лица, действующие на основании доверенности. Таким образом, начиная с 01.01.2004, действующие по доверенности лица не могут быть заявителями при государственной регистрации юридического лица.

В ходе налоговой проверки не исследован вопрос о том, кто подписал заявление о внесении в ЕГРЮЛ изменений относительно руководителя организации в октябре 2007 г., когда Елизаров А.А. уже умер, и феврале 2008 г.

При таких обстоятельствах вывод инспекции о несоответствии первичных документов требованиям достоверности не может быть признан обоснованным.

Кроме того, оформление документов, подтверждающих исполнение сделок от имени контрагента, за подписью неустановленного лица само по себе не является безусловным и достаточным основанием для отказа в применении налоговых вычетов и признания налоговой выгоды необоснованной.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09 определена правовая позиция, согласно которой в случае реальности хозяйственных операций вывод о недостоверности (противоречивости) счетов-фактур, подписанных не лицами, значащимися в учредительных документах поставщиков в качестве руководителей этих организаций, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" указано, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

В ходе налоговой проверки и в ходе рассмотрения дела таких обстоятельств не установлено.

При отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Инспекцией в ходе проверки и судом в ходе рассмотрения дела не было установлено ни одного из перечисленных обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности общества. Следовательно, вывод о недостоверности счетов-фактур и накладных, подписанных не лицом, значащимся в учредительных документах поставщиков в качестве руководителя этого общества, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной. Данный вывод суда основан на системном толковании норм налогового законодательства в их взаимосвязи и сделан с учетом принципа единообразия судебной практики, нашедшей свое выражение, в частности, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2010 г. N 18162/09, в постановлении ФВС Поволжского округа от 11 марта 2010 г. по делу N А55-17873/2009.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В данном случае все изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о достоверности представленных в качестве доказательства на налоговый вычет первичных документов.

Судом также учтена правовая позиция Европейского суда по правам человека, изложенная в Постановлении от 22.01.2009 по делу «Булвес» АД против Болгарии. Согласно толкованию, данному Европейским судом по правам человека в указанном Постановлении, законодатель вправе предусматривать определенные ограничения во избежание налоговых мошенничеств, но такие меры должны касаться должной осмотрительности налогоплательщиков-покупателей в определенных обстоятельствах (special diligence) и не могут сводиться к отказу в вычете при любой налоговой неисполнительности поставщика. Без доказательств неосмотрительности налогоплательщика-покупателя в каком-либо допущенном поставщиком налоговом мошенничестве налоговая администрация не может наказывать (penalise) покупателя взысканием налога и пени за поставщика, поскольку это явилось бы несоразмерным ограничением права собственности, признаваемого в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Поскольку налогоплательщик-покупатель не несет риск бездействия поставщика вне рамок должной осмотрительности, он не должен понуждаться нести налоговые убытки.

Данная позиция Европейского суда по правам человека подлежит применению в силу положений ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации, п.2.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 №2-П, разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в Информационном письме от 20.12.1999 №С1-7/СМП-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским судом по правам человека при защите имущественных прав и права на правосудие». Таким образом, с учетом приведенной правовой позиции Европейского суда по правам человека и фактических обстоятельств дела, суд пришел к выводу о том, что отказ лица, указанного в ЕГРЮЛ в качестве руководителя от подписи первичных документов, а также от какого-либо участия в деятельности этой организации, при отсутствии доказательств прямого участия налогоплательщика в противоправных действиях контрагента, не могут служить основанием для отказа ему в праве на применение расходов для целей налогообложения прибыли и вычетов по НДС.

Суд не может также признать обоснованными и выводы инспекции о недостаточной степени разумности действий налогоплательщика при заключении и исполнении договоров с данным контрагентом.

Поскольку

Этот вывод суда подтверждается также и тем, что все расчеты по договорам производились в безналичной форме через расчетный счет, без применения каких-либо особых форм расчета.

Доводы инспекции об отсутствии у контрагента на момент осуществления взаимоотношений с заявителем основных средств, нематериальных актов, а также штата не подтверждены соответствующими доказательствами, а потому расцениваются как необоснованные.

Факт отсутствия регистрации автотранспортных средств у данного конрагента в контексте установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств не может сам по себе свидетельствовать о нереальности сделок. Действующее гражданское законодательство не содержит ограничений для подрядчика выполнять соответствующие работы с привлечением арендованной техники либо путем поручения этих работ субподрядчикам.

Аналогично не представление сведений в ПФ РФ при наличии налоговых деклараций по НДС и налогу на прибыль с начислениями, т.е. подтверждающими осуществление организацией реальной хозяйственной деятельности, может свидетельствовать лишь о ненадлежащем исполнении страхователем своих обязанностей. Поэтому вывод инспекции об отсутствии у данной организации работников является необоснованным.

Таким образом, анализ всех материалов дела в совокупности и взаимозависимости свидетельствует о том, что налогоплательщик при заключении и исполнении сделок с названным контрагентом действовал со всей возможной и необходимой степенью предусмотрительности и осторожности, все хозяйственные операции являются реальными, основной целью налогоплательщика являлось получение прибыли от исполнения договоров и последующей реализации продукции, работ и услуг.

Доводы инспекции о нереальности сделок не могут быть признаны обоснованными, поскольку противоречат изложенным выше обстоятельствам дела.

Кроме того, эти доводы не основаны на фактических обстоятельствах дела.

Поручение № 1942 от 16.08.2012 г. об истребовании документов (информации) направлено в отношении информации о ЗАО «Метролог». ООО «Ремстрой», ООО «Сигнател», ООО «Гранитекс» в нём не упоминаются. Аналогично в письмах Межрайонной ИФНС России по Чукотскому АО к письму о предоставлении информации №15-200/6177 от 18.04.2012 , ответу ГУП ЧАО «Чукотснаб» и ко всей подобной переписке налогового органа и заказчиков работ по договорам с ЗАО «Метролог» (том 17, лист129, 130, 131; том 20, лист 1, 53, 68, 69, 83, 84, 85, 90, 91) не указано на представлении информации по названным контрагентам. Указанной перепиской и представленными по запросам налогового органа ответами с приложенными документами ГУП ЧАО «Чукотснаб», ТНК BP, ОАО «Саратовнефтепродукт», ООО «Газпромнефть-Центр», ЗАО «Таймырская топливная компания», ФГКУК «Аргунь» подтверждается, что ЗАО «Метролог» действительно выполняло работы для указанных заказчиков, и не подтверждается, что ООО «Ремстрой», ООО «Сигнател», ООО «Гранитекс» не выполняли никаких работ. А в ответе ЗАО «Таймырская топливная компания» указано, что по запрашиваемому периоду вообще никаких документов не сохранилось (том 20, лист 86).

В поручениях налогового органа к Заказчикам ЗАО «Метролог» о предоставлении информации, не содержится никаких конкретных запросов относительно ООО «Ремстрой», ООО «Сигнател», ООО «Гранитекс». В связи с чем, из ответов Заказчиков заявителя не следует, что ООО «Ремстрой», ООО «Сигнател», ООО «Гранитекс» им не известны, на их территории никогда не находились, никаких работ не выполняли. Кроме того, руководители ГУП ЧАО «Чукотснаб», ТНК BP, ОАО «Саратовнефтепродукт», ООО «Газпромнефть-Центр», ЗАО «Таймырская топливная компания», ФГКУК «Аргунь» в качестве свидетелей не привлекались и не опрашивались, об уголовной ответственности за предоставление заведомо недостоверной информации не предупреждались.

В ходе налоговой проверки не опрошены лица, которые по сообщению заказчиков заявителя реально выполняли работы.

Изложенные выше обстоятельства являются самостоятельным основанием для признания решения недействительным в соответствующей части в связи с недоказанностью выводов инспекции.

Помимо этого, в качестве основания для отказа в признании обоснованной налоговой выгоды по заявленному налоговому вычету по НДС налоговый орган ссылается на не представление в ходе налоговой проверки первичных документов налогоплательщиком.

Однако по контрагентам ООО «Амакс», ООО «Гранит», ООО «Медиастрой» при отсутствии первичных документов право на налоговый вычет признано подтвержденным.

Кроме того, как указано в тексте решения при обосновании признания правомерными доводов налогоплательщика об отсутствии в его действиях состава правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 126 НК РФ, не представление документов налогоплательщиком обусловлено их изъятием органами Управления по налоговым преступлениям по Самарской области 28.09.10 г. Согласно представленному протоколу осмотра места происшествия от 28.09.10 г. у ООО «Метролог» были изъяты папки с договорами, актами выполненных работ, счета-фактуры, книги покупок и книги продаж, база данных «1С Бухгалтерия» за 2008-2010 г. ( т. 1 л.д. 141 ). На этом основании налоговый орган признал отсутствие вины налогоплательщика в не представлении документов.

При таких обстоятельствах налогоплательщик лишен возможности представить доказательства правомерности налоговой выгоды. При этом, напротив, налоговый орган при возникновении у него вопросов был вправе направить запрос о представлении копий изъятых документов из материалов следственного дела(материалов проверки).

Согласно сопроводительному ГУ МВД РФ по Самарской области №30/7-709 от 01.02.2012 г. (том 16, лист 127) в ИФНС России по Самарской области были направлены копии изъятых у ЗАО «Метролог» финансово-хозяйственных документов . в количестве на 3721 листах, что свидетельствует о том, что в распоряжении налогового органа при проведении проверки имелись все необходимые документы (в том числе, копии счетов-фактур), подтверждающие правомерность заявленных обществом налоговых вычетов по НДС. Данное нарушение налогового органа подтверждается и тем, что указанное в Акте проверки, в обжалуемом Решении вообще исключено самим налоговым органом нарушение ЗАО «Метролог» в виде непредставления документов и предусмотренная за него ответственность.

Доводы инспекции о наличии у налогоплательщика обязанности восстановить первичные документы и представить их для проверки не основаны на нормах налогового законодательства. Такая обязанность возникает у налогоплательщика в случае утраты первичных документов, в данном случае документы не утрачены, они изъяты в установленном порядке и находятся в уполномоченном органе.

Таким образом, оспариваемое решение в этой части является недействительным и по этому основанию.

Также следует отметить, что недоимка по налогам по взаимоотношениям ЗАО «Метролог» с ООО «Ремстрой», ООО «Сигнател», ООО «Гранитекс» составляет:

- по ООО «Ремстрой» - НДС - 1 505 228 руб.

Налог на прибыль - 2006970,10 руб.;

- по ООО «Гранитекс» - НДС - 5 407 595 руб.

Налог на прибыль - 6 560 961,97 руб.;

- по ООО «Сигнател» - НДС - 5 816 552 руб.

Налог на прибыль - 7 672 847,67 руб.;

Итого: НДС - 12 729 375 руб., налог на прибыль - 16 240 799,74 руб.;

Недоимка по НДС в сумме 10 335 716,20 руб. сверх указанных сумм не относится к указанным контрагентам, и в обжалуемом решении налоговым органом никак не обоснована.

В ходе судебного разбирательства суд предлагал инспекции представить обоснование правомерности решения в этой части со ссылкой на конкретный пункт решения, однако этого сделано не было. В связи с чем следует сделать вывод о необоснованности решения и по этому основанию.

В силу п. 4 ст. 201 АПК РФ в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должны содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Поскольку последствием принятия решения о привлечении к налоговой ответственности является внесение соответствующих записей в карточки лицевого счета налогоплательщика, суд считает необходимым обязать ИФНС России по Промышленному району г. Самары по месту учета заявителя на момент рассмотрения дела устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем внесения в карточки лицевых счетов общества соответствующих изменений.

С учетом изложенного решение следует признать недействительным, в т.ч. как принятое с грубым нарушением норм налогового законодательства, заявленные требования удовлетворить. Расходы по госпошлине, в т.ч. по обеспечительной мере, следует отнести на налоговый орган и в силу ст. 110 АПК РФ взыскать их в пользу заявителя.

Руководствуясь ст. 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Заявление удовлетворить. Признать недействительным решение инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г.Самары № 15-29/53 от 11.09.2012 г. (с учетом решения по апелляционной жалобе Управления ФНС России по Самарской области от 27.11.12 г. №03-15/30100) как не соответствующие требованиям НК РФ.

Обязать инспекцию Федеральной налоговой службы по Промышленному району г. Самары устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем внесения в карточки лицевых счетов общества соответствующих изменений.

Взыскать с инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г. Самары в пользу заявителя расходы по госпошлине в размере 4000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд г. Самара в месячный срок снаправлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/

Л.В. Кулешова

Электронный текст документа

подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:

файл-рассылка

Номер документа: А55-34463/2012
Принявший орган: Арбитражный суд Самарской области
Дата принятия: 08 апреля 2013

Поиск в тексте