• по
Более 48000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус

 
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
 

от 05 апреля 2012 года Дело N 22-1282/12
 

Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Рузина Е.Ф.

судей Бондаренко А.А., Смирнова А.А.

при секретаре Левшеня Е.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании 5 апреля 2012 года уголовное дело по кассационной жалобе потерпевшей Гребенщиковой Е.А., кассационной жалобе осужденного Бычкова Р.И. и его адвоката Черновой Г.М. на приговор Полтавского районного суда Омской области от 24 февраля 2012 года, которым

Бычков Р.И., ранее не судимый, осужден по ч. 1 ст.109 УК РФ к 1 году 6 месяцев ограничения свободы.

Судом установлены Бычкову Р.И. ограничения: не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях; не изменять постоянного места жительства и не выезжать за пределы территории Полтавского муниципального района без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; суд также обязал Бычкова Р.И. являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Заслушав доклад судьи Смирнова А.А., объяснение осужденного Бычкова Р.И., выступление адвоката Черновой Г.М., которые поддержали доводы кассационных жалоб, выступление потерпевшей Г.Е.А., полагавшей приговор отменить, мнение прокурора Шакуненко Л.Л., полагавшей приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Бычков судом признан виновным и осужден за причинение смерти по неосторожности потерпевшему Г.Н.А. 18.09.2011 в с. Соловьёвка Полтавского района Омской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании Бычков вину не признал.

В кассационной жалобе потерпевшая Г.Е.А. просит приговор суда отменить, в связи с назначением осужденному несправедливого, чрезмерно мягкого наказания, а также потерпевшая выражает несогласие с приговором суда в части взыскания необоснованно заниженной по её мнению компенсации морального вреда в её пользу.

В кассационных жалобах:

- адвокат Чернова Г.М. в интересах осужденного Бычкова, выражая несогласие с приговором, указывает, что, признавая Бычкова виновным в причинении Г.Н.А. смерти по неосторожности, суд фактически исходил лишь из самого факта причинения смерти. Суд в приговоре указал, что «доказательствами того, что Бычков при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог увидеть забежавшего за ворота и находившегося недалеко от них Г.Н.А., являются показания свидетелей Г.О.А., Н.И.Л., Н.Д.С., а также следственный эксперимент».

Между тем, в показаниях Г.О.А., изложенных судом в приговоре указано, что «она повернулась и увидела, что на земле лежат ворота и столб, который вывернут из земли вместе с цементом», т.е., Г.О.А. не видела момент падения столба, и ее показания не опровергают доводы Бычкова, что он не видел Г.Н.А.

Излагая в приговоре показания свидетеля Наумова И.Л., суд включил в его показания фразу, что свидетель «считает, что Бычков, когда ехал на ворота, видел забежавшего во двор перед машиной Г.».

Однако в протоколе судебного заседания таких слов в показаниях свидетеля Н.И.Л. нет, что свидетельствует о том, что указанная фраза была включена в приговор по усмотрению судьи.

В показаниях свидетеля Н.Д.С. имеется только описание последовательности событий, однако в них опровержение доводов Бычкова о том, что «он не мог предположить, что можно сбить ворота, не видел Никиту, и вообще никого не наблюдал за воротами» в показаниях Н.Д.С. отсутствует.

Что касается протокола следственного эксперимента, то указанное доказательство является недопустимым в силу несоблюдения требований ст. 181 УПК РФ, о так и в силу того, что добыто в нарушение прав Бычкова, о чем будет сказано ниже.

Так в протоколе следственного эксперимента от 03.10.2011 г. указана цель эксперимента - определение возможности «видеть человека, стоящего во дворе Г., если смотреть с улицы».

Как указано в протоколе, вначале все участники следственного действия прошли во двор Г., где Г.О.А. указала место нахождения Г.Н.А. Затем, все участники следственного действия вышли за ворота и посмотрели во двор через ворота.

Таким образом, все участники следственного действи знали, что им надо увидеть через ромбовидные прорези на ворогах, в то время как Бычков незнал, кто находится за воротами и в какой части двора.

Более того, Бычков находился в движении, когда за ворота забежал Г.Н.А., а проверка возможности увидеть стоящего за воротами человека проводилась при стоящем автомобиле.

Следовательно, следственный эксперимент не соответствует условиям, при которых был смертельно травмирован Г.Н.А.

Таким образом, те доказательства, которые, по мнению суда, подтверждают вину Бычкова, не опровергают довод Бычкова, о том, что он не предвидел, что столб, на котором крепились ворота, от незначительного соприкосновения с автомобилем упадет и смертельно травмирует потерпевшего, который забежал за ворота уже в процессе движения автомобиля.

Ни следствием, ни судом не выяснялись причины падения столба, не исследовалась версия, что столб упал вследствие недостаточного укрепления его в грунте собственником, что свидетельствует об односторонности и обвинительном уклоне судебного процесса.

Между тем, свидетель Г.А.Н в судебном заседании 27.12.2011 г., говоря о состоянии ворот, сказал, что их «лбом можно уронить», что не исключает причину падения ворот - недостаточное их укрепление.

Квалифицируя действия Бычкова, результатом которых явилось причинение смерти потерпевшего, суд должен исходить не только из последствий содеянного этим лицом, но и из вины.

Сами по себе обстоятельства события не свидетельствует о вине Бычкова в причинении смерти потерпевшему.

Суду в приговоре следовало указать, какие обстоятельства свидетельствуют о том, что Бычков должен был знать, что от соприкосновения с автомобилем столб упадет, и что именно в этот момент, когда столб упадет, Г.Н.А. забежит за ворота.

Других данных, позволяющих утверждать, что Бычков мог и должен был предвидеть наступление смерти потерпевшего от падения столба со створкой ворот, в приговоре не приведено.

Обстоятельства данного дела позволяют утверждать, что Бычков не мог и не должен был предвидеть, что Г.Н.А. забежит именно за столб, а также не мог и не должен был предвидеть, что задев автомобилем столб, с укрепленными на нём воротами, столб упадет на Г.Н.А.

Причинение смерти Г.Н.А. произошло в результате несчастного случая, казуса.

Так, защитой заявлялось ходатайство о назначении дополнительной экспертизы, в связи с тем, что перед экспертом не был поставлен вопрос о том, имел ли Бычков техническую возможность предотвратить наезд на столб, при условии, что человек за воротами был виден на расстоянии 1 м.

В удовлетворении ходатайства было отказано.

Несмотря на заявления защиты о необходимости проверки объективности заключения автотехнической экспертизы путем допроса экспертов, поскольку в заключении эксперта отсутствуют расчеты, в связи с чем не представляется возможным проверить исследовательскую часть, судом в удовлетворении ходатайства также было отказано.В результате этого эксперт судом не допрашивался, что, с учетом важности данного доказательства для правильного разрешения настоящего дела, повлекло за собой односторонность и неполноту судебного следствия и повлияло на постановление приговора.

Указанные обстоятельства свидетельствует о нарушении основополагающего принципа уголовного судопроизводства - предусмотренного ст. 15 УПК РФ принципа состязательности сторон и об односторонности исследования доказательств, что в соответствии с ч. 1 ст. 381 УПК РФ является основанием для его отмены, а также свидетельствует об обвинительном уклоне судебного процесса и приговора.

Указывает, что заключение эксперта подлежит оценке так же, как и любое другое доказательство.

Суд отклонил ходатайство защиты о признании заключения эксперта (судебно- автотехнической экспертизы) от 16.11.2011 г. недопустимым доказательством.

Оценка достоверности заключения эксперта предполагает выяснение - его полноты п научной обоснованности.

Между тем, эксперт, приведя в заключении формулы, никаких расчетов по ним не сделал, что не позволяет проверить достоверность выводов эксперта о предполагаемой скорости автомобиля в 18,7 км/ч и 7,2 км/ч.

В приговоре суд, указав, что защитой заявлялось ходатайство о недопустимости заключения эксперта в качестве доказательства, в том числе, в связи с отсутствием в исследовательской части расчетов, указанное обстоятельство не оценил, и не высказал по нему своего суждения.

Более того, в заключении эксперт указал две возможные скорости движения автомобиля. Суд, выбрав скорость автомобиля 18,7 км/ч, никак не оговорил, почему он отдал предпочтение именно этой скорости, а не другой.

Таким образом, судом было нарушено право на справедливое судебное разбирательство, поскольку отказ суда в допросе экспертов противоречит положениям статьи 6 Конвенции по правам человека и основных свобод от 04.11.1950 г., предусматривающей право на справедливое судебное разбирательство. При назначении экспертизы право на справедливое судебное разбирательство требует, чтобы все стороны имели возможность поставить перед экспертом вопросы и опросить его в ходе процесса.

Кроме того, обращает внимание, что нарушены процессуальные права Бычкова. Так, уголовное дело было возбуждено 21.09.2011 г. в отношении неустановленного лица, хотя лица, опрошенные в рамках проверки, указывали на Бычкова как на лицо, совершившее преступление.

Бычков после возбуждения уголовного дела был допрошен только в качестве свидетеля. 03.10.2011 г. был проведен следственный эксперимент, в котором Бычков не принимал участия. 05.10.2011 г. была назначена автотехническая экспертиза. 17.11.2011 г. Бычков привлечен в качестве обвиняемого. С постановлением о назначении экспертиз и экспертными заключениями Бычков был ознакомлен после их проведения.

Таким образом, в ходе предварительного следствия Бычков был лишен прав, предоставляемых уголовно-процессуальным законом подозреваемому.

При таких обстоятельствах, когда судом неправильно применен уголовный закон, а также нарушены процессуальные права Бычкова приговор Полтавского районного суда Омской области от 24.02.2012 г. не может быть законным и обоснованным.

Просит отменить приговор суда и прекратить дело за отсутствием в действиях Бычкова состава преступления.

- в кассационной жалобе осужденный Бычков выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование жалобы указывает, что в ходе предварительного и судебного следствия было установлено, что потерпевшему Г.Н.А. были причинены телесные повреждения причинившие тяжкий вред здоровью, и это подтверждается: актом медицинского освидетельствования трупа № 45/12 от 25.09.2011 года, дополнительной экспертизой трупа № 46/12 от 31.10.2011 года из которых ледует, что Г.Н.А. причинены телесные повреждения, а вред здоровью причиненный этими повреждениями, квалифицируется как тяжкий по признаку опасности для жизни в момент причинения. Смерть Г.Н.А. наступила через неделю после полученных телесных повреждений.

Показаниями свидетелей в судебном заседании установлено, что телесные повреждения причинены вследствие падения столба, на котором крепились ворота. Причина падения столба в ходе предварительного и судебного следствия не установлена. Считает, что столб укрепленный железными уголками с четырех сторон и вкопанный в землю, залитый бетоном, не мог упасть от соприкосновения с автомашиной, у которой наступили от соприкосновения повреждения в виде поверхностной трещины бампера размером около 10 см. Из этого можно сделать вывод - либо столб не был укреплен, либо он упал от иного воздействия. В ходе предварительного и судебного следствия не установлено объективных, экспертных данных о том, какое необходимо приложить усилие, для того чтобы сбить столб. В назначении экспертизы о возможности сбить столб автомашиной, при отсутствии у нее повреждений судом отказано. В ходе удебного заседания им и защитой для выяснения всех обстоятельств дела было заявлено ряд ходатайств о назначении дополнительных экспертиз, исключении доказательств полученных в ходе предварительного следствия с нарушением закона, однако суд заняв явно обвинительную позицию в удовлетворении этих ходатайств отказал. О наличии явно обвинительной позиции суда указывает и протокол судебного заседания. В протоколе судебного заседания неизвестным участником процесса задаются вопросы обвинительного характера, от кого они поступают не указано, из чего можно сделать вывод, что вопросы задаются судом. Указанные вопросы задаются для исследования обстоятельств сторонами - обвинением и защитой. Считает, что указанное противоречит УПК РФ, грубо нарушает его права. В приговоре суд ссылается на ряд доказательств, которые получены с нарушением закона.

Так осмотр места происшествия от 18.09.2011 года составлен с участием понятых которые затем допрошены в качестве свидетелей, не как понятые, а как свидетели произошедшего. Вывод о том, когда они получили сведения о происшедшем, как свидетели событий или понятые сделать не представляется возможным. Ненадлежащим образом, с нарушением норм УПК РФ, проведен следственный эксперимент от 03.10.2011 года. В приговоре указано - протоколом следственного эксперимента установлено: при должной внимательности, находясь с наружной стороны ворот, как стоящий человек, и сидящий в кресле водителя в салоне автомобиля, на расстоянии 1 м. от ворот, через сквозные прорези в поверхности ворот, видит человека, стоящего внутри двора, за воротами, на расстоянии от 1 до 2 метров. Однако суд не указал на что в протоколе не указано на каком автомобиле проведен следственных эксперимент, кто устанавливал видимость за воротами. В ходе предварительного и судебного следствия не установлен факт видимости происходящего за воротами при движении автомашины. Свидетель С.И.А., понятая при проведении следственного эксперимента по установлению видимости из автомашины - показала, что видимость из автомашины происходящего за воротами установлена при стоящем автомобиле. Указанное никак не соответствует обстоятельствам дела. Установленное в ходе этого следственного эксперимента не может быть использовано в качестве доказательства.

Указывает, что не видел и не мог видеть, не обязан был видеть происходящего за воротами. Внимание его при движении в сторону ворот было сосредоточено на том, что происходит перед воротами, с тем чтобы не допустить наезд на лиц находящихся перед воротами. Ввиду концентрации на происходящем перед воротами, им не было допущено наезда на лиц находящихся перед воротами. Судом не установлено доказательств указывающих на то, чтоон видел или мог видеть, что Г.Н. забежал за ворота. Не мог предположить, что не повреждая автомашины он мог сбить забетонированный столб, не мог предположить наступления последствий - что при падении столб кого либо придавит и причинит потерпевшему телесные повреждения. В приговоре суда никак не обоснован тот факт, что мог и обязан был предвидеть наступление последствий с двойным предположением последствий от возможного столкновения со столбом.

При указанных обстоятельствах, полагает, что судом неправильно дана квалификация содеянного, в данном случае имеет место несчастный случай. Считает, что в его действиях отсутствует состав преступления.

В возражениях на кассационные жалобы адвоката и осужденного, государственный обвинитель А.И. Лобищев находит доводы жалоб необоснованными, просит оставить их без удовлетворения, а состоявшееся судебное решение без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений, судебная коллегия находит приговор в отношении Бычкова законным и обоснованным.

Вина Бычкова в совершении преступления, за которое он осужден, совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств установлена.

Обстоятельства дела изучены были судом полно, всесторонне и объективно.

Выводы о виновност Бычковой в причинении потерпевшему Г.Н.А. смерти по неосторожности, являются мотивированными и подтверждены соответствующими данными, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Положенные в его основу доказательства получены и проверены были судом в соответствии с требованиями ст.87-88 УПК РФ. Оценены они как с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, так и, исходя из их совокупности, - достаточности для разрешения вопроса о виновности Бычковав предъявленном ему обвинении.

Так, из показаний свидетелей В., Н., Н., Г.О. следует, что в связи с тем, что Бычкову ими было сделано замечание по поводу провоцирования им с их компанией конфликта, он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, сел в автомашину и с близкого расстояния направил ее на них. Они стали разбегаться в разные стороны. Г.Н. через калитку в воротах забежал во двор дома. Бычков, не снижая скорости, продолжил движение, сбил автомашиной столб, который вместе с правой половиной ворот упал во двор, придавив Г.Н., стоявшего за ними.

В соответствии с выводами судебно-медицинских экспертиз обнаруженная у Г.Н. закрытая черепно-мозговая травма, от которой наступила его смерть, могла быть причинена могла образоваться в результате удара столбом, поверхностью ворот при сбивании их автомобилем.

Поскольку приведенные выше показания свидетелей получены с соблюдением требований закона, полностью согласуются между собой, а также с показаниями других свидетелей, данными протоколов осмотра места происшествия, следственного эксперимента выводами проведенных по делу экспертиз и других следственных действий, они обоснованно судом признаны достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и положены в основу приговора.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что с учетом исследованных в судебном заседании доказательств, суд пришел к правильному выводу о том, что Бычков в конкретной созданной им ситуации проявил небрежность, не остановил движение автомобиля, передней частью которого сбил столб, упавший с крепившейся створкой ворот внутрь дома на находившего на близком расстоянии от ворот Г.Н., причинив по неосторожности его смерть.

Судом тщательно проверялись доводы, приводимые Бычковым в свою защиту, в том числе и о непричастности к наступлению смерти потерпевшего, и обоснованно признаны не нашедшими подтверждения, как опровергающиеся совокупностью доказательств по делу.

Все доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного в совершенном преступлении, в том числе протокол следственного эксперимента, заключение проведенной по делу судебно-автотехнической экспертизы, получены с соблюдением требований УПК РФ, поэтому оснований для признания их недопустимыми, как об этом ставиться вопрос в жалобе адвоката, не имеется.

Несостоятельными являются и доводы жалоб осужденного и адвоката о нарушении при производстве по уголовному делу требований уголовно-процессуального закона и права Бычкова на защиту.

Как видно из материалов дела, предварительное и судебное следствие по данному делу проведено достаточно полно и соблюдением требований УПК РФ, стороны не были ограничены в праве предоставления доказательств, в том числе и в праве заявления ходатайств о проведении дополнительных экспертиз, все заявленные сторонами ходатайства органами предварительного расследования и судом разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые по ним постановления являются правильными и обоснованными.

Таким образом, правильно оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Бычкова в причинении смерти Г. по неосторожности и правильно квалифицировал действия осужденного по ч.1 ст.109 УК РФ.

Оснований для изменения юридической оценки происшедшего на наступление смерти Г. в результате несчастного случая, как об этом осужденный и адвокат просят в жалобах, не имеется.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных о личности, смягчающих наказание обстоятельств.

Оснований для отмены приговора по мотиву чрезмерной мягкости назначенного Бычкову наказания, на что ссылается потерпевшая в кассационной жалобе, не усматривается.

Гражданский иск о компенсации морального вреда разрешен в соответствии с требованиями ст.151, 1099-1101 ГК, с учетом характера причиненных потерпевшей нравственных страданий, требований разумности и справедливости. Оснований для изменения приговора и увеличения размера взыскания судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Полтавского районного суда Омской области от 24 февраля 2012 года в отношении Бычкова Р.И. оставить без изменения, кассационные жалобы осужденного, адвоката, потерпевшей - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:




Электронный текст документа
подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка

Номер документа: 22-1282/12
Дата принятия: 05 апреля 2012

Поиск в тексте