• по
Более 56000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 7 декабря 2005 г. N Ф08-5402/2005

Дело N А15-639/05

[На дату подачи искового заявления действовал десятилетний срок исковой давности.
Поскольку исполнение спорной сделки началось 05.12.01, то на момент вступления в
силу Федерального закона от 21.07.05 N 109-ФЗ этот срок не истек. Подача иска прервала
срок давности и его течение началось заново. Таким образом, на момент вступления в силу
Федерального закона от 21.07.05 N 109-ФЗ (25.07.05) не истек ни десятилетний, ни трехлетний
срок давности. Следовательно, отказ в удовлетворении иска по мотиву пропуска срока
давности по спорным отношениям неправомерен]
(Извлечение)


Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа в отсутствие истца - Министерства имущественных отношений Республики Дагестан, ответчиков: открытого акционерного общества "Дагэнерго", государственного унитарного предприятия "Мелиоводстрой" и третьего лица - Главного управления Федеральной регистрационной службы Российской Федерации по Республике Дагестан, извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев кассационную жалобу Министерства имущественных отношений Республики Дагестан на решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 22.08.05 N А15-639/05, установил следующее.

Министерство имущественных отношений Республики Дагестан (далее - министерство) обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с иском к ОАО "Дагэнерго" (далее - общество) и ГУП "Мелиоводстрой" (далее - предприятие) о признании ничтожным договора купли-продажи имущественного комплекса (базы СУ-15) от 05.12.01 и применении последствий ее недействительности.

Определением от 23.05.05 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Главное управление Федеральной регистрационной службы Российской Федерации по Республике Дагестан (далее - управление).

Решением от 22.08.05 в иске отказано. Суд пришел к выводу о том, что оспариваемая истцом сделка купли-продажи имущественного комплекса является ничтожной, так как противоречит Федеральному закону от 08.01.98 N 6-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и нарушает права министерства как собственника реализованного по спорной сделке имущества. В применении последствий недействительности сделки отказано в связи с истечением трехлетнего срока исковой давности, предусмотренного пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 21.07.05 N 109-ФЗ), о применении которой ответчики заявили до вынесения решения (л. д. 157 - 163). Законность и обоснованность судебного акта в апелляционной инстанции не проверялись. Министерство обжаловало решение от 22.08.05 в кассационном порядке. В жалобе заявитель просит отменить оспариваемый акт как незаконный и необоснованный. Истец полагает, что спорная сделка ничтожна, поскольку не соответствует статье 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предусмотрена планом внешнего управления предприятия и совершена ответчиками без соответствующего решения собрания кредиторов. Министерство, не являясь стороной спорной сделки, узнало о нарушении своих прав только в ходе рассмотрения дела N А15-2773/04-9. При разрешении спора суд также не учел, что министерство обратилось с иском до вступления в силу Федерального закона от 21.07.05 N 109-ФЗ "О внесении изменений в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Общество, предприятие и управление отзывов на жалобу не предоставили. Изучив материалы дела, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела видно, что предприятие (продавец) и общество (покупатель) заключили договор купли-продажи от 18.04.2000, по условиям которого продавец продал покупателю имущественный комплекс (базу СУ-15) остаточной стоимостью 632 080 рублей, включающий в себя следующее имущество:

административное здание, 1972 г., остаточной стоимостью 301 570 рублей; здание проходной, 1976 г., остаточной стоимостью 16 800 рублей; материальный склад, 1972 г., остаточной стоимостью 218 660 рублей; железобетонная ограда, 1973 г., остаточной стоимостью 95 050 рублей (л. д. 15).

Соглашением от 18.04.2000 к названному договору стороны определили, что в счет оплаты за имущество общество обязалось снизить задолженность предприятия за энергоснабжение на 316 040 рублей. Расчеты на оставшуюся сумму 316 040 рублей производятся (пункты 2, 3 соглашение) исходя из фактической возможности покупателя частью продукцией абонентов общества, частью - денежными средствами (л. д. 16). Определением Арбитражного суда Республики Дагестан от 19.07.2000 по делу N А15-989/2000-7 в отношении предприятия возбуждено производство по делу о банкротстве, введена процедура наблюдения (л. д. 136). Определением от 14.12.2000 в отношении должника введена процедура внешнего управления (л. д. 51, 52).

27 ноября 2001 года за предприятием зарегистрировано право собственности на имущество базы СУ-15 (л. д. 26).

5 декабря 2001 года стороны заключили договор купли-продажи с тем же предметом (л. д. 12 - 14). В тот же день имущество по акту передано покупателю (л. д. 61).

В деле имеются платежные поручения общества от 27.08.01 N 3065 и 03.10.01 N 3842 о перечислении предприятию 612 080 рублей с указанием в назначении платежа: "расчеты за базу СУ-15" (л. д. 46 - 47).

11 декабря 2001 года управление зарегистрировало за обществом (покупателем) право собственности на недвижимое имущество (л. д. 44).

Решением от 26.11.02 по делу N А15-989/2000-7 предприятие признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство (л. д. 65).

Договор купли-продажи от 05.12.01 оспорен министерством. В качестве оснований для признания сделки недействительной (ничтожной) истец ссылается на нарушение при ее совершении статьи 295 Гражданского кодекса Российской Федерации и норм Федерального закона от 08.01.98 N 6-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (действовавшего в период совершения спорной сделки).

При разрешении спора суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности (ничтожности) договора купли-продажи как противоречащего законодательству о банкротстве и нарушающего права истца как собственника спорного имущества. Однако суд отказал в удовлетворении иска, сославшись на истечение трехлетнего срока исковой давности, установленного пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данный вывод суда основан на неправильном применении норм материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 21.07.05 N 109-ФЗ) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

В силу пункта 1 статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке.

На 20.05.05 (дату подачи министерством искового заявления) действовал ранее предусмотренный пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации десятилетний срок исковой давности. Поскольку исполнение спорной сделки началось 05.12.01, то на момент вступления в силу Федерального закона от 21.07.05 N 109-ФЗ этот срок не истек. Подача иска министерством прервала десятилетний срок давности и его течение началось заново (пункт 1 статьи 203 Кодекса). Таким образом, на момент вступления в силу Федерального закона от 21.07.05 N 109-ФЗ (25.07.05), изменившего срок давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, не истек ни десятилетний, ни трехлетний срок исковой давности.

Следовательно, отказ в удовлетворении иска по мотиву пропуска министерством срока исковой давности неправомерен.

В настоящем споре министерство является представителем субъекта Российской Федерации - собственника имущества унитарного предприятия (должника).

Правомочия предприятия по владению, пользованию и распоряжению имуществом, закрепленным на праве хозяйственного ведения, предусмотрены статьями 294 и 295 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 295 Гражданского кодекса Российской Федерации предприятию запрещено каким-либо образом отчуждать или передавать во владение принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения недвижимое имущество.

Между тем, как установлено судом и подтверждается материалами дела, отчуждение спорного имущества осуществлялось не предприятием, а внешним управляющим в процессе реализации части имущества должника.

Согласно статье 69 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" 1998 года с момента введения внешнего управления прекращаются полномочия органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия. В силу части 1 статьи 76 названного Федерального закона внешний управляющий вправе самостоятельно распоряжаться имуществом должника. Собственник имущества должника или органы управления должника не вправе принимать решения либо иным образом ограничивать полномочия внешнего управляющего по распоряжению имуществом должника.

Таким образом, с момента введения в отношении ответчика (унитарного предприятия) процедуры внешнего управления, согласие собственника на отчуждение имущества предприятия не требуется. Следовательно, ссылка истца на нарушение в настоящем споре положений пункта 2 статьи 295 Гражданского кодекса Российской Федерации и прав собственника имущества унитарного предприятия является ошибочной.

При оценке договора купли-продажи недвижимости от 05.12.01 суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 76 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" крупные сделки и сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, заключаются внешним управляющим только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом или планом внешнего управления. К крупным сделкам относятся сделки, влекущие распоряжение недвижимым имуществом или иным имуществом должника, балансовая стоимость которого превышает 20 процентов балансовой стоимости активов должника на момент заключения сделки.

По смыслу указанной нормы для совершения сделки, влекущей распоряжение недвижимым имуществом должника, внешний управляющий обязан получить согласие собрания кредиторов или комитета кредиторов, если иное не предусмотрено планом внешнего управления.

В силу статьи 85 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" одной из мер по восстановлению платежеспособности должника может являться продажа части его имущества. Меры по восстановлению платежеспособности должника должны быть предусмотрены в плане внешнего управления, утверждаемом собранием кредиторов (часть 1 статьи 82 Закона).

Внешний управляющий после инвентаризации и оценки осуществляет продажу имущества должника на открытых торгах, если иное не предусмотрено планом внешнего управления (часть 1 статьи 87 Закона).

Из изложенных норм следует, что сделка по реализации недвижимого имущества должника на стадии внешнего управления без проведения торгов должна быть либо одобрена собранием кредиторов, либо предусмотрена планом внешнего управления, который, в свою очередь, также подлежит утверждению собранием кредиторов.

Суд установил, что договор купли-продажи имущественного комплекса от 05.12.01 не указан в плане внешнего управления предприятия и не одобрен собранием кредиторов должника и пришел к выводу о ничтожности этой сделки на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В то же время при разрешении спора суд первой инстанции не учел, что перечисленные нормы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" ограничивают права арбитражного управляющего на распоряжение имуществом должника в интересах кредиторов.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации к способам защиты гражданских прав относятся признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно пункту 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.96 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что Кодекс не исключает возможность предъявления иска о признании недействительной ничтожной сделки, и споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

По смыслу указанных норм под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Министерство обратилось в арбитражный суд с требованиями о признании недействительным договора, заключенного ответчиками, и применении последствий недействительности указанной сделки. При этом истец не указал, каким образом несоблюдение норм Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" нарушает права собственника имущества унитарного предприятия, который лишен права на распоряжение этим имуществом (статьи 69 и 76 Закона).

Доказательств нарушения интересов министерства либо кредиторов в результате заключения данной сделки (занижение стоимости имущества, продажа недвижимости по цене ниже рыночной) не представлено. Напротив, в деле имеется подготовленный ЗАО "Межрегиональный центр оценки" отчет от 01.09.01 об оценке спорного имущества, согласно которому действительная (рыночная) стоимость имущественного комплекса (базы СУ-15) составляет 470 тыс. рублей (л. д. 86 - 95).

Поскольку, исходя из смысла статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец не является заинтересованным лицом, то отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований министерства о признании договора куплипродажи от 05.12.01 ничтожной сделкой и применении последствий ее недействительности в виде возврата предприятию недвижимого имущества. Следовательно, суд первой инстанции правомерно отказал министерству в удовлетворении иска.

Статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что кассационная инстанция проверяет законность судебных актов, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях на нее. При рассмотрении дела суд кассационной инстанции проверяет, соответствуют ли выводы нижестоящих судов о применении нормы права установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Ошибочный вывод суда о пропуске министерством срока давности по спорным правоотношениям не повлек принятия неправильного судебного акта. Предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены или изменения оспариваемого судебного акта не установлено.

В силу пункта 1 части 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины по кассационной жалобе.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286, 287, 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Дагестан от 22.08.05 N А15-639/05 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

текст документа сверен по:
файл-рассылка

Номер документа: А15-639/05
Ф08-5402/2005
Принявший орган: Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа
Дата принятия: 07 декабря 2005

Поиск в тексте