• по
Более 48000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус


АРБИТРАЖНЫЙ СУД г.САНКТ-ПЕТЕРБУРГА И ЛЕНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ

РЕШЕНИЕ

от 15 апреля 2008 года Дело N А56-7410/2008



Резолютивная часть решения объявлена 14 апреля 2008 года. Полный текст решения изготовлен 15 апреля 2008 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе судьи Левченко Ю.П., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Терешенковым А.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению: заявитель: ОАО "ЛЕНПОЛИГРАФМАШ"

ответчик: Межрайонная инспекция ФНС России N25 по Санкт-Петербургу о признании недействительным решения (в части) при участии от заявителя: Трофимовой О.Е., Гудзь М.В. от заинтересованного лица: Гензик Н.А., Дроновой Е.К., Тян Н.И. установил:

ОАО "ЛЕНПОЛИГРАФМАШ" (далее - общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением, в котором просит признать недействительным решение от 29.02.2008г. N7.14/0144, вынесенное Межрайонной инспекцией ФНС России N25 по Санкт-Петербургу (далее - инспекция), в следующих частях (эпизодах):

Эпизод 1: в части выводов инспекции о выявлении неправомерного уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль за 2005год на 2541699руб. и за 2006год на 1712878руб. за счет необоснованного увеличения в расходах величины остаточной стоимости амортизируемого имущества при определении дохода, полученного при реализации этого имущества (доначисление налога на прибыль за 2005г. при этом составило 610008руб. и за 2006г. - 411091руб);

Эпизод 2: в части выводов инспекции о выявлении неправомерного уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль за 2004год на 139860руб. и за 2006год на 66097руб. за счет необоснованного увеличения сумм начисленной амортизации выведенных из эксплуатации и ликвидированных основных средств (доначисление налога на прибыль за 2004г. при этом составило 33566руб. и за 2006г. - 15444руб.; кроме того, к этому эпизоду имеет место начисление пени, которая составляет 992руб. и тоже оспаривается);

Эпизод 3: в части выводов инспекции о выявлении факта не включения в состав внереализационных доходов суммы резерва в сумме 763035руб., который был сформирован в 2005году для предстоящих расходов по гарантийному ремонту и обслуживанию товаров (доначисление налога на прибыль за 2005г при этом составило 136500руб.);

Эпизод 4: в части выводов инспекции о выявлении фактов неправомерного применения вычетов НДС в 2005году за январь в сумме 303728руб. и за февраль в сумме 314446руб. по причине отсутствия раздельного учета затрат по приобретенным товарам и услугам (доначисление НДС за январь 2005г. составило при этом 303728руб., за февраль 2005г. - 314446руб; кроме того была начислена сумма пени в размере 11017руб. и сумма штафа в размере 20827руб. в связи с привлечением общества к налоговой ответственности по п.1 ст.122 НК РФ);

Эпизод 5: в части выводов инспекции о выявлении фактов неправомерного применения вычетов НДС (на общую сумму - 7532677руб.) в декабре 2004года, в апреле, мае, июле, октябре 2005года, в марте, апреле, мае июне, июле, сентябре, октябре, декабре 2006года по причине неправильного ведения раздельного учета затрат по приобретенным товарам, услугам (неправильного определения пропорции, предусмотренной п.4 ст.170 НК РФ);

Вся сумма доначисленного НДС за 11 налоговых периодов 2005-2006г.г., которые вошли в этот спорный эпизод, составила 1596011руб.; пеня, относящаяся к этому же эпизоду, составила 28533руб., а штраф - 53940руб., который был начислен с применением п.1 ст.122 НК РФ.

Эпизод 6: в части выводов инспекции о выявлении фактов не восстановления в 2006году НДС на общую сумму 1745руб., ранее принятых к вычетам, в отношении выбывших основных средств, стоимость которых была не полностью амортизирована;

В уточнениях к заявлению дополнительно оспаривается доначисление еще и суммы НДС в размере 2488руб., а также сумма пени в размере 79руб. и сумма штрафа в размере 149руб., который был начислен с применением п. 1 ст.122 НК РФ.

Эпизод 7: в части выводов инспекции о выявлении фактов несвоевременного перечисления обществом, как налоговым агентом, удержанного НДФЛ из доходов работников, и о необходимости начисления по этому поводу пеней (начисление пени по этому эпизоду составило 3661руб);

Эпизод 8: в части выводов инспекции о выявлении факта не соблюдения обществом требования об уплате пени при подаче уточненной декларации по НДС за июнь 2006года (штраф, начисленный с применением п.1 ст.122 НК РФ по этому эпизоду составил 20966руб.).

Размеры недоимок, пеней, штрафов, которые оспариваются в перечисленных эпизодах были уточнены во время сверки, проводившейся во время перерыва. Результат сверки был оформлен актом, в связи с чем произошла корректировка обществом своих требований, оформленная новым заявлением.

Кроме того, общество ссылается на свою добросовестность, на отсутствие цели сокрыть свою прибыль и не уплачивать налог, на устранение нарушений, на уплату налогов и пеней, а поэтому просит уменьшить размер штрафных санкций, подлежащих взысканию с него по решению от 29.02.2008г. N7.14/0144.

Ответчик против удовлетворения требований возражал по тем же основаниям, что изложены в оспариваемом решении.

Эпизоды 1 и 2.

Информация о нарушениях, указанных в первых двух спорных эпизодах, содержится в пунктах 2.3., 2.5., 2.10, 2.12. решения инспекции. По существу характер вменяемых обществу нарушений в виде недоплаты налога на прибыль основан на идентичных выводах о неправомерном увеличении обществом размера амортизации.

Как отмечено инспекцией в этих пунктах, общество, следуя правилам определения восстановительной стоимости основных средств, приобретенных (созданных) до 01.01.2002г., то есть до введения в действие главы 25 Налогового кодекса РФ, правильно рассчитало их восстановительную стоимость, правильно стало учитывать объекты основных средств в конкретных амортизационных группах и правильно начисляло амортизацию, пока основные средства находились на учете и использовались в производственной деятельности.

По каждому основному средству общество вело учет, и инвентарные карточки были представлены на проверку. Именно из информации, содержащейся в этих карточках, которая была воспроизведена в таблицах оспариваемого решения, инспекция выяснила, что общество, в нарушение п.1 ст. 257, п.п. 8 п.1 ст. 265, п.1 ст.268 и с.322 НК РФ, неправомерно отнесло на расходы остаточную стоимость основных средств в большей величине, чем она была указана в строках, отражающих данные их налогового учета. То есть, общество и в случаях ликвидации основных средств, и в случаях реализации основных средств отнесло к расходам по этим операциям не ту остаточную стоимость, которая определялась налоговым учетом, а ту, которую общество определяло в бухгалтерском учете одновременно с налоговым.

В отдельных случаях налоговый учет остаточной стоимости основных средств за счет уменьшения их восстановительной стоимости через амортизацию привел к тому, что эта стоимость оказалась равной нулю, что, по мнению инспекции, вообще исключает возможность формирования каких-либо расходов. В любом случае, как полагает инспекция, общество было вправе формировать расходы по выбывающим основным средствам только в том размере, который соответствовал остаточной стоимости их, учитываемой по правилам налогового учета, но не бухгалтерского.

Общество, в свою очередь полагает, что однозначного ответа на вопрос, какая остаточная стоимость должна была включаться в расходы при ликвидации или реализации выбывающих основных средств, - по данным налогового или бухгалтерского учета, - в нормах закона, регулирующих эти вопросы, нет. А поэтому общество считает, что в этом случае должна быть применена норма, содержащаяся в п.7.ст.3 НК РФ. Кроме того, в своих доводах в пользу этой версии о том, что в таких случаях должна учитываться в расходах остаточная стоимость, которая определялась бухгалтерским учетом, общество отметило, что в противном случае возникали бы ситуации, при которых оставалась бы числиться в бухгалтерском учете какая-то часть стоимости объекта при фактическом отсутствии самого объекта основных средств.

Во внереализационные расходы при ликвидации выводимых из эксплуатации основных средств налогоплательщик вправе включить не только затраты на ликвидацию их, но и суммы недоначисленной амортизации, которая представляет собой остаточную стоимость таких объектов. Такое право налогоплательщика установлено подпунктом 8 пункта 1 ст.265 НК РФ.

Подпунктом 1 пункта 1 ст.268 НК РФ установлено право налогоплательщика уменьшать доходы при реализации амортизируемого имущества на остаточную стоимость этого имущества, которая определяется в соответствии с пунктом 1 ст.257НК РФ. В свою очередь, в этом пункте сказано, что остаточная стоимость основных средств, введенных до вступления в силу настоящей главы (то есть главы 25 НК РФ), определяется как разница между восстановительной стоимостью таких основных средств и суммой амортизации, определенных в порядке, установленном абзацем пятым настоящего пункта.

Пятый абзац пункта 1 ст.257 НК РФ имеет следующее содержание:

При определении восстановительной стоимости амортизируемых основных средств в целях настоящей главы учитывается переоценка основных средств, осуществленная по решению налогоплательщика по состоянию на 1 января 2002 года и отраженная в бухгалтерском учете налогоплательщика после 1 января 2002 года. Указанная переоценка принимается в целях налогообложения в размере, не превышающем 30 процентов от восстановительной стоимости соответствующих объектов основных средств, отраженных в бухгалтерском учете налогоплательщика по состоянию на 1 января 2001 года (с учетом переоценки по состоянию на 1 января 2001 года, произведенной по решению налогоплательщика и отраженной в бухгалтерском учете в 2001 году). При этом величина переоценки (уценки) по состоянию на 1 января 2002 года, отраженной налогоплательщиком в 2002 году, не признается доходом (расходом) налогоплательщика в целях налогообложения. В аналогичном порядке принимается в целях налогообложения соответствующая переоценка сумм амортизации.

Анализ содержания статьи 322 НК РФ, на нарушение которой обществом было также указано в тексте оспариваемого решения, не позволяет делать безусловное заключение о том, что общество действительно нарушило какую-либо из норм, включенных в эту статью.

То есть, как верно отмечено обществом, порядок определения остаточной стоимости основных средств (то есть применение вычета какой именно амортизации из восстановительной стоимости) не имеет той ясности, которая безусловно могла бы позволить ему руководствоваться теми же правилами в определении расходов, которые имеет в виду инспекция и на несоблюдение которых она указала в оспариваемом решении. Фактически, если иметь отсутствие ясности в рассмотренной норме закона, считать общество нарушившим требования перечисленных инспекцией в пунктах 2.3., 2.5., 2.10. и 2.12. оспариваемого решения норм главы 25 Налогового кодекса РФ оснований не имелось.

Соответственно, выводы инспекции о выявлении фактов занижении налоговой базы по налогу на прибыль, оспариваемые в первых двух эпизодах, следует признать не основанными на законе, поскольку закон допускает неоднозначное толкование, а поэтому в этом случае необходимо применять правило о толковании неясности актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщика, которое установлено пунктом 7 статьи 3 НК РФ.

Спор в части первых двух эпизодов разрешается в пользу общества.

Эпизод 3.

В пункте 2.7. оспариваемого решения инспекция пришла к выводу о выявлении факта уклонения общества от включения в доходы сумм восстановленного резерва на предстоящие расходы по гарантийному ремонту и гарантийному обслуживанию. Размер занижения налоговой базы по налогу на прибыль за 2005год составил 568753руб., как это следует из окончательного его расчета инспекции, выполненного после рассмотрении возражений общества. Этот расчет находится на страницах 70-71 оспариваемого решения.

В приказе от 30.12.2004г. N60 «Об учетной политике на 2005год» общество решило создать резерв на предстоящие расходы по гарантийному ремонту и гарантийному обслуживанию с предельным размером отчислений - 776295руб. Фактически такой резерв был создан в размере 763035руб. В течение всего 2005-го года обществом не было на цели гарантийного ремонта израсходовано средств созданного резерва.

В очередном приказе - «Об учетной политике на 2006год» (приказ от 29.12.2005г. N80) общество решило не формировать новый резерв. Но в другом приказе - от 29.12.2005г. N81 - было дано распоряжение главному бухгалтеру выполнить расчет предельного размера резерва на предстоящие расходы по гарантийному ремонту в 2006 году, а в связи с отсутствием фактических расходов резерва в 2005 году - перенести всю его сумму на следующий, то есть на 2006год.

Первоначально инспекция не имела в своем распоряжении приказа от 29.12.2005г. N81, а поэтому претензия инспекции состояла в том, что при отсутствии распоряжения о создании резерва на 2006год всю сумму неиспользованного в 2005году резерва необходимо было полностью включить в доход. То есть инспекция исходила из того, что обществом не было выполнено требование, содержащееся в п.7 ст.250 НК РФ и обязывающее налогоплательщика включить во внереализационные доходы суммы восстановленных резервов, расходы на формирование которых были приняты ранее в составе расходов.

Вместе с возражениями общество представило приказ от 29.12.2005г. N81, вследствие чего инспекция пересмотрела свою претензию и в результате сформулировала ее иначе, а именно: по мнению инспекции, общество вообще безосновательно сформировало резерв, превышающий сумму, которая составляла 194282руб.; соответственно, произошло занижение налоговой базы по налогу на прибыль за 2005год на 568753руб.

Такой вывод последовал в результате дополнительных мероприятий налогового контроля и установления следующих обстоятельств.

Решение о создании резерва на предстоящие расходы по гарантийному ремонту и гарантийному обслуживанию налогоплательщик принимает самостоятельно, но с определением предельного размера отчислений в этот резерв, исходя из того, что резерв должен создаваться в отношении тех товаров (работ), по которым в соответствии с условиями заключенного договора с покупателем предусмотрены обслуживание и ремонт в течение гарантийного срока. Расходами признаются суммы отчислений в резерв на дату реализации указанных товаров (работ). При этом правила создания резерва, установленные нормами статьи 267 НК РФ, имеют также и условия их применения. В частности, в пункте 3 этой статьи указано, что размер созданного резерва не может превышать предельного размера, определяемого как доля фактически осуществленных налогоплательщиком расходов по гарантийному ремонту и обслуживанию в объеме выручки от реализации указанных товаров (работ) за предыдущие три года, умноженная на сумму выручки от реализации указанных товаров (работ) за отчетный (налоговый) период.

Проанализировав информацию о выручке общества и суммах фактических расходов на гарантийный ремонт за три последних года, предшествовавших принятию решения о создании резерва на 2005год, которая нашла отражение в расчете норматива для формирования резервного фонда на гарантийный ремонт на 2005год (расчет выполнен главным бухгалтером Красниковой Т.А.), инспекция пришла к выводу, что расчет общества был выполнен не верно.

При том, что доля фактических расходов общества на гарантийный ремонт за 2002-2004годы составила 0,37 от объема выручки, полученной от реализации товаров, общество применило в своем расчете резерва на 2005год эту долю не в отношении самой выручки за эти годы (эта выручка составила 69455227руб.), а в отношении планируемой на 2005год (планировалась выручка в сумме 215637440руб.).

В итоге было выявлено неправильное определение предельного размера резерва, создаваемого на 2005год. Если определять этот размер с соблюдением условий пункта 3 ст.267 НК РФ, то общество имело право отнести на затраты по формированию этого резерва только 194282руб., а фактически оно отнесло на расходы в этом налоговом периоде сумму сформированного резерва в размере 763035руб. (а планировалось еще больше).

То есть вывод инспекции о несоблюдении обществом всех правил и условий формирования резерва, которые установлены пунктом 3 ст.267НК РФ, следует признать правильным, как и вывод о выявлении факта неправомерного занижения налоговой базы по налогу на прибыль за 2005год на 568753руб.

Доводы общества, изложенные им в заявлении, отклоняются, поскольку фактическим нарушением, повлекшим окончательный вывод инспекции о занижении налоговой базы по налогу на прибыль за 2005год на 568753руб., явилось несоблюдение условия пункта 3 ст.267НК РФ при определении предельного размера резерва на 2005год, а не отсутствие права переноса неиспользованной суммы резерва на 2006год.

В удовлетворении требования общества, относящегося к этим выводам, инспекции арбитражный суд отказывает.

Эпизод 4.

На страницах 37-39 оспариваемого решения инспекцией сделан вывод о выявлении неправомерного применения вычетов НДС в расчетах налога за январь 2005г. на 303728руб. и в расчетах за февраль 2005г. на 314446руб. В первом случае это привело к излишнему включению вычетов в возмещаемую сумму, во втором - к занижению суммы налога, подлежащего уплате в бюджет.

Поступившие от общества возражения по этому поводу рассматривались, а результат реагирования на эти возражения отражен на страницах 73-75 оспариваемого решения.

Поводом для признания инспекцией неправомерности применения вычетов налога в этих суммах явилось отсутствие раздельного учета сумм налога по общехозяйственным расходам за эти месяцы, тогда как их раздельный учет надлежало вести исходя из требований, содержащихся в п.4 ст.170 НК РФ.

По мнению инспекции, если у общества в этих месяцах происходила реализация векселей, то есть операции, которые подпадают под действие льгот, установленных п.п. 12 п.2 ст. 149 и п.п. 15 п.3 с.149 Налогового кодекса РФ, то по правилам пункта 4 ст.149 и пункта 4 ст.170 НК РФ ему надлежало вести раздельный учет облагаемых налогом и не облагаемых налогом операций, а также раздельный учет сумм налога по приобретенным товарам (работам, услугам), используемым для осуществления как облагаемым налогом, так и не подлежащих налогообложению операций.

Инспекция составила таблицу N17 (стр.38 оспариваемого решения), в которую собрала информацию о расчетах общества в январе и феврале - месяцах 2005года с поставщиками товаров (работ, услуг), которые использовались в общехозяйственном назначении (электроэнергия, вода, бензин, связь и т.д.).

В части решения, где отражен результат рассмотрения возражений по поводу правомерности вычетов НДС в суммах 303728руб. и 314446руб., инспекция привела другую таблицу (стр.74-75 оспариваемого решения), в которой собрана информация о передаче векселей банку и о выплате банком денежных средств в погашение векселей, включая доход, полученный обществом при расчетах с банком. Этот доход составил в январе 16836,52руб., в феврале - 18975,67руб.

При этом инспекция операции по предъявлению векселей для погашения их банком рассматривает и как операции, освобождение от налогообложения которых предусмотрено п.п. 12 п.2 ст.149НК РФ, и как операции, освобождаемые от налогообложения по п.п. 15 п.3 ст.149НК РФ. То есть одни и те же операции охарактеризованы инспекцией одновременно как:

- реализация ценных бумаг,

- операции по предоставлению займов в денежной форме, а также оказание финансовых услуг по предоставлению займов в денежной форме.

Общество утверждает, что обязанность ведения раздельного учета отсутствовала, поскольку не считает предъявление векселедателю к оплате векселей реализацией ценных бумаг и, соответственно, операциями, которые освобождаются от налогообложения по п.п.12 п.2 ст.149 НК РФ. Не считает общество предъявление к оплате векселей и реализацией товара, определение которой дано в ст.39 НК РФ.

С этим утверждением общества необходимо согласиться, поскольку в рассматриваемом случае имели место отношения, возникающие из долгового обязательства одного лица (банка) перед другим лицом (обществом) в результате заимствования денежных средств. То есть реализация векселей, как ценных бумаг, отсутствует, а общество не является профессиональным участником рынка ценных бумаг.

То есть необходимость ведения раздельного учета вследствие применения подпункта 12 пункта 2 ст.149 НК РФ, как это упоминается в решении инспекции, фактически отсутствовала.

При этом необходимо иметь в виду, что заимствование денежных средств также представляет собой услугу, причем оплачиваемую, как это следует из материалов дела. Эта услуга, оказанная банку, принесла обществу доход, который составил в январе 2005г. 16836,52руб., а в феврале 2005г. - 18975,67руб. Поэтому оказание банку нескольких услуг должно рассматриваться как операции по предоставлению займов в денежной форме, которые освобождены от налогообложения, согласно п.п.15 п.3 ст.149 НК РФ. Как отмечалось выше, инспекция в своем решении отметила и этот вид льготы. Следовательно, выручка, поступившая обществу в виде разницы между суммой займа и суммой обязательства банка по выплате вексельной суммы, не должна облагаться налогом. Претензий к тому, что обществом эта выручка не облагалась налогом на добавленную стоимость, инспекцией не высказано.

В этой связи у общества теоретически возникла обязанность ведения раздельного учета операций как облагаемых налогом, так и не подлежащих налогообложению, согласно п.4 ст.149НК РФ. Соответственно, возникла и обязанность определения пропорции для распределения сумм НДС по товарам (работам, услугам), оплаченным в январе и феврале 2005г., чтобы часть их использовать для налоговых вычетов, а другую часть учесть в стоимости услуги. Однако совершение операций, подпадающих под действие п.п. 15 п.3 ст.149 НК РФ, имеет свои особенности, о которых будет сказано ниже.

В таблице N35, на которую есть ссылка в тексте решения (стр.40), а сама таблица с этим номером включена в акт выездной налоговой проверки (стр.75 или лист дела N75;т.2), а также в таблице N18, включенной в само решение (стр.40) приведены данные о расчетах процентной доли расходов по операциям, не подлежащих налогообложению, по отношению к общей величине совокупных расходов, в том числе по январю и февралю - месяцам 2005г. По расчетам инспекции, размер этой доли составил, соответственно, 6,8% и 69,8%.

Однако, когда инспекции было предложено назвать конкретный перечень тех затрат, которые оказались включены в раздел таблицы «В т.ч. затраты по операциям, не подлежащим налогообложению», она сослалась на то, что показатели раздела таких затрат были затребованы от общества, которое, в свою очередь, предоставило их для проверки в виде справок.

В свою очередь, общество сообщило, что не вело учет затрат в той доле, которая, по мнению инспекции, должна была учитываться в операциях по реализации векселей, поскольку оно считало, что имело место предоставление банку заемных средств, которое вообще не должно рассматриваться в качестве объекта налогообложения. За объективность своих расчетов затрат, которые вошли в справки, общество не ручается, поскольку до того, как инспекция потребовала выполнить такие расчеты, оно ранее не учитывало подобные затраты в стоимости услуг по предоставлению займов банкам.

Перечень фактических затрат, которые общество включило в справки, остался не выясненным проверкой. Доказать, что затраты в сумме 1151900руб. (в январе 2005г.) и в сумме 37441860руб. (в феврале 2005г.) действительно были понесены в этих размерах при совершении операций по извлечению дохода в виде дисконта или процентов, который был получен от банка при погашении векселей, инспекция не смогла.

В ходе судебного разбирательства общество произвело новый расчет затрат, которые были понесены в связи с совершением операций по договорам с банком и получением процентного дохода при возврате заемных средств. В стоимости отгруженных в январе и в феврале месяцах 2005г. товаров (работ, услуг) величина дохода, полученного от банка в виде процента, оказалась ниже 5%.

Именно в той же пропорции, которая определяется по стоимости отгруженных товаров (работ, услуг) в налоговом периоде, осуществляется и распределение предъявленных продавцами товаров (работ, услуг) сумм НДС; часть налога вычитается в соответствии со ст.172 НК РФ, а другая часть учитывается в стоимости товаров (работ, услуг), реализация которых не облагается налогом на добавленную стоимость.

В рассматриваемом случае доля затрат на операции по предоставлению займов и получению в этой связи процентного дохода, по расчетам общества, не превысила 5% реальных затрат по январю и февралю месяцам 2005г.

Кроме того, раздельный учет сумм налога фактически вообще не требовался, поскольку общество не понесло по упомянутым операциям таких затрат, которые были бы связаны с оплатой счетов-фактур с выделенными в них суммами НДС. То есть фактически обществу не требовалось включать НДС в стоимость услуг по предоставлению займов в денежной форме, если иметь в виду рассмотренные два случая получения дохода.

Более того, если иметь в виду вопрос о включении какой-то доли уплаченных продавцам сумм НДС в стоимость операций, не облагаемых налогом, - а именно такой вариант распределения пропорции назван в пункте 4 ст.170 НК РФ, - то операции по предоставлению займов в денежной форме вообще не могут рассматриваться в качестве реализации товаров (работ, услуг), поскольку доходы в виде процентов, полученных в результате исполнения договоров займа, кредита, банковского счета, банковского вклада, а также по ценным бумагам и другим долговым обязательствам, признаются внереализационными доходами, согласно п.6 ст. 250 НК РФ. То есть стоимость такой услуги отсутствует; возможно лишь появление внереализационных затрат, напрямую связанных с извлечением внереализационных доходов. Однако инспекция в ходе проверки не установила наличие внереализационных затрат, которые способствовали бы получению обществом дохода в виде процентов.

Вывод инспекции о выявлении фактов неправомерного применения вычетов налога в январе и феврале 2005г. признан несостоятельным, поскольку не основан на фактических обстоятельствах.

Спор в данном эпизоде разрешается в пользу общества.

Эпизод 5.

Первоначально инспекция на странице 41 оспариваемого решения отметила нарушение общества, которое привело к неправомерным вычетам НДС на общую сумму 7532677руб.

Но после рассмотрения поступивших возражений эта сумма была сокращена до1596011руб.(последний абзац на стр.78 - первый абзац на стр.79 решения). Это стало следствием того, что в инспекцию поступили уточненные налоговые декларации, в которых, как сказано в тексте решения, были устранены ошибки. Часть ошибок устранена не была.

Окончательный вывод о неправомерности применения вычетов на эту сумму последовал из того, что общество неправильно определяло пропорцию, которая должна была учитываться в целях применения вычетов по НДС по тем операциям, которые подлежали обложению налогом, и в целях включения налога в стоимость товаров (работ,услуг), реализация которых освобождалась от налогообложения.

Выводы о таких нарушениях сделаны в отношении расчетов НДС за апрель, май, октябрь 2005года, за март, апрель, май, июнь, июль, сентябрь, октябрь и декабрь 2006года.

В решении также отмечено, что, как и в предыдущем спорном эпизоде, общество настаивало на отсутствии у него в эти месяцы операций по реализации векселей, но выразило согласие с тем, что проценты, полученные от банков при погашении векселей, следовало включать в общую стоимость товаров (работ, услуг), отгруженных в те же налоговые периоды. Не возражало общество и против того, что аналогичным образом в подсчетах пропорции, которая должна определяться по правилам пункта 4 ст.170 НК РФ, должна была учитываться и выручка, полученная от реализации путевок в детские оздоровительные лагеря и от реализации земельного участка.

Реализация путевок освобождается от налогообложения, согласно п.п.18 п.3 ст. 149 НКРФ, а реализация земельных участков вообще не признается объектом обложения НДС, согласно п.п.6 п.2 с. 146НК РФ.

По поводу осуществления вычетов сумм НДС, которые могли быть включены в расчеты с теми поставщиками, которые поставляли товары, оказывали услуги или выполняли работы, относящиеся к деятельности пионерских лагерей, было выяснено в заседании, что инспекция не располагает сведениями о применении обществом налоговых вычетов по таким операциям, вопрос этот фактически не проверялся. То есть никаких начислений налога или иных негативных последствий эти непроверенные обстоятельства не повлекли для общества, как было сообщено при рассмотрении дела.

Что касается вопроса о реализации земельных участков, то, как отмечалось выше, эти операции не являются объектом налогообложения и никакой раздельный учет не требуется вообще, если принять во внимание требования, содержащиеся в ст.170НК РФ. Поводом для начисления недоимок по НДС реализация земельных участков также не стала.

Как и в предыдущем эпизоде, арбитражный суд соглашается с доводами общества по поводу того, что реализация ценных бумаг, как операция освобождаемая он налогообложения по п.п.12 п.2 ст.149НК РФ, в отношениях, возникших с банками, отсутствовала. Характер сделок отвечал понятию временного заимствования банками денежных средств у общества, которое оформлялось векселями. За эти услуги, оказанные обществом, банки при предъявлении векселей к оплате выплатили ему доход. Что касается самих денежных сумм, которые возвращались банками, то считать эти суммы доходом общества также, как и процентный доход, оснований не было, поскольку возврат заемных средств не подпадает под определение объекта налогообложения, которое дано в ст. 146 НК РФ. В этом случае общество обоснованно сослалось на ст.39 НК РФ, в которой имеется подпункт 1 пункта 3, предусматривающий, что не признается реализацией товаров, работ или услуг осуществление операций, связанных с обращением российской или иностранной валютой (за исключением целей нумизматики).

Но, с другой стороны, имело место совершение операций по предоставлению займов в денежной форме, которое освобождается от налогообложения в соответствии с п.п.15 п.3 ст.149 НК РФ, и в этом случае обществу надлежало вести раздельный учет операций, облагаемых налогом и не облагаемых. Кроме того, необходимо было также определять пропорцию исходя из стоимости отгруженных товаров (работ, услуг), имущественных прав, операции по реализации которых подлежат налогообложению (освобождены от налогообложения), в общей стоимости товаров (работ, услуг), отгруженных за налоговый период.

Как следует из таблиц на страницах 76-78 оспариваемого решения, где приведены данные об операциях обоих видов, которые, по мнению инспекции, требовали раздельного учета, лишь в семи месяцах имело место получение обществом процентов при погашении векселей. Это - апрель, май, октябрь 2005г. и июль, сентябрь, октябрь, декабрь 2006г. Именно в отношении только этих семи налоговых периодов и следовало в действительности вести раздельный учет облагаемых налогом и не облагаемых им операций.

По существу раздельный учет операций обществом осуществлялся, и инспекция это не отрицает.

Собственно претензии к осуществлению вычетов НДС в перечисленные выше месяцы инспекция имеет не по причине того, что общество не вело раздельный учет операций, подлежащих налогообложению и освобожденных от обложения их налогом на добавленную стоимость, а по причине того, что общество с нарушением использовало правило о том, что налогоплательщик имеет право не применять положения пункта 4 ст.170 НК РФ. Это правило состоит в том, что к тем налоговым периодам, в которых доля совокупных расходов на производство товаров (работ, услуг), имущественных прав, операции по реализации которых не подлежат налогообложению, не превышает 5% общей величины совокупных расходов на производство, то устраняется обязанность учитывать какую-то часть сумм уплаченного поставщикам НДС в стоимости товаров. Если такое условие соблюдается, то налогоплательщик может вычитать все предъявленные продавцами суммы НДС в соответствии с порядком, предусмотренным статьей 172 НК РФ.

Инспекция произвела собственные расчеты в целях установления процентной доли расходов общества, понесенных в целях совершения операций, освобождаемых от налогообложения, в общей величине совокупных расходов.

Первоначально инспекция выявила 15 налоговых периодов, в которых такая доля превышала 5%. Это видно из таблицы N18 на стр.40 решения. Выше нее перечислены 15 месяцев, соответствующих этим налоговым периодам. Но после рассмотрения возражений количество таких налоговых периодов было сокращено инспекцией до одиннадцати, а вся сумма неправомерных вычетов уменьшена до 1596011руб.

Однако инспекция при этом учитывала не только операции по предоставлению займов в денежной форме, которые принесли процентный доход и который собственно освобождался от налогообложения, но и суммы возвращенных займов, которые нельзя было рассматривать в качестве доходов общества и учитывать в ообщейстоимости отгруженных товаров (работ, услуг), имущественных прав. Соответственно, рассматривать в качестве расходов общества те денежные средства, которые ранее передавались банкам в качестве займов, также оснований не имелось. А поэтому включать такие суммы займов в расчет доли в общей величине совокупных расходов, чтобы определить, превышала ли она 5% этой общей величины, нельзя.

Кроме того, учитывая в таблице 18 оспариваемого решения суммы выданных банкам займов (в обмен на векселя) в доле затрат на ту деятельность, которая принесла доход в виде дисконта или процента при погашении векселей, инспекция упустила из виду то обстоятельство, что осуществление раздельного учета сумм НДС в данном случае невозможно в принципе, поскольку предоставление займов не требовало облагать эти операции налогом на добавленную стоимость. В составе переданных банкам сумм займа не было НДС, а поэтому и учитывать его в порядке тех правил, которые обязывают вести раздельный учет сумм НДС, необходимости не было.

Помимо изложенного выше, следует также иметь в виду следующее. Использование правила, освобождающего налогоплательщика от необходимости учитывать какую-то часть сумм НДС в стоимости продукции, поставлено в зависимость от того, что доля расходов на производство товаров (работ, услуг), освобожденных от уплаты налога, не должна превышать 5% всех совокупных расходов налогового периода.

Но собственно такая доля, как это следует из буквального толкования норм пункта 4 ст.170 НК РФ, определяется не на основе подсчета расходов, а на основе использования пропорции, которая подлежит определению исходя из стоимости отгруженных товаров (работ, услуг), имущественных прав. Именно только определение пропорции облагаемых и не облагаемых налогом операций по отгрузке товаров (работ, услуг), имущественных прав позволяет использовать в дальнейшем ту же пропорцию в распределении сумм налога между применением вычетов его и отнесением на стоимость (если вообще были суммы налога, указанные поставщиками в счетах-фактурах).

Поэтому показатель доли (больше или меньше 5%) следует определять не в результате поиска и подсчета затрат на совершение операций, освобожденных от налогообложения, а путем определения такой доли в стоимости отгруженных товаров (работ, услуг), имущественных прав.

Инспекция же решила искать долю методом подсчета затрат, как это видно из таблицы N18. Причем самостоятельно эти затраты инспекция не определяла, а ограничилась тем, что дала обществу поручение просчитать их. Законом не предусмотрено ведение раздельного учета затрат отдельно по облагаемым и не облагаемым налогом операциям, поскольку положениями пункта 4 ст.170 НК РФ если и установлена обязанность вести раздельный учет, то лишь сумм налога, а не стоимости самих затрат.

Общество не отрицает, что сведения, внесенные инспекцией в таблицу N18, были получены из тех справок, которые оно составило по поручению инспекции. Но при этом оно же отметило, что до этого поручения оно не вело раздельный учет затрат. Объективность той информации, которая была включена в запрашиваемые инспекцией во время налоговой проверки справки, вызывает у общества сомнение, поскольку оно ранее не вело такого учета и законом это не требовалось. В итоге инспекция и сама не смогла сообщить суду, из каких конкретных затрат произошло формирование тех показателей, которые были перенесены в таблицу N18.

В ходе судебного разбирательства, когда возник вопрос о том, а каковы были реальные затраты на совершение тех операций, которые принесли обществу доход при погашении банками собственных векселей, общество изготовило новый расчет, который показывает, что фактически эти затраты состояли лишь в выплате зарплаты работнику, которому было поручено заключение с банками сделок по купле и продаже векселей. Кроме того, были понесены расходы на уплату ЕСН, исходя из выплаченных сумм зарплаты.

В другой справке общество еще раз пересчитало долю расходов на совершение тех операций, которые принесли доход в виде процента по займам, хотя, как отмечалось выше, раздельный учет затрат в обязанность налогоплательщика не входит. Тем не менее, согласно этой справке, доля затрат на совершение операций, принесших доход в виде процента, оказалась ниже 5% всех совокупных расходов.

Как видно из выше изложенного, инспекция неверно определила и необходимость учета операций по подпункту 12 пункта 2 ст.149 НК РФ, и обязанность ведения отдельного учета операций на основе использования таких показателей, как суммы возвращаемых банками заемных средств. Инспекция также методологически неверно определяла процентную долю затрат, сочтя при этом, что обществом не соблюдалось условие, позволявшее целиком применять вычеты налога в соответствии со ст.172 НК РФ. При этом инспекция оказалась не готова вообще обосновать правильность подсчета расходов и их конкретный состав.

Более того, если иметь в виду вопрос о включении какой-то доли уплаченных продавцам сумм НДС в стоимость операций, не облагаемых налогом, - а именно такой вариант распределения пропорции назван в пункте 4 ст.170 НК РФ, - то операции по предоставлению займов в денежной форме вообще не могут рассматриваться в качестве реализации товаров (работ, услуг), поскольку доходы в виде процентов, полученных в результате исполнения договоров займа, кредита, банковского счета, банковского вклада, а также по ценным бумагам и другим долговым обязательствам, признаются внереализационными доходами, согласно п.6 ст. 250 НК РФ. То есть стоимость такой услуги отсутствует; возможно лишь появление внереализационных затрат, напрямую связанных с извлечением внереализационных доходов. Однако инспекция в ходе проверки не установила наличие внереализационных затрат, которые способствовали бы получению обществом дохода в виде процентов.

В данном эпизоде спор разрешен в пользу общества.

Эпизод 6.

На страницах 41-42 оспариваемого решения инспекцией отмечено нарушение общества, выразившееся в не восстановлении НДС по основным средствам, которые выбыли из учета и по которым амортизации еще не была завершена. Как полагает инспекция, в результате ликвидации Автомашины ЗИЛ ММЗ 34505 необходимо было в мае 2006г. уменьшить вычеты налога на 771руб., а в результате ликвидации бензопилы МЗ 270 - в августе 2006г. - уменьшить сумму налоговых вычетов на 974руб.

Общество настаивает на незаконности вывода инспекции, поскольку ранее принятые к вычетам суммы НДС по обоим объектам основных средств не порождают обязанность вновь исключать из ранее уже примененных вычетов налога какую- то их часть. Тогда, когда после принятия этих материальных ценностей на учет вычеты налога были произведены, не было никаких оговорок о необходимости восстанавливать НДС.

По мнению инспекции, обществом было допущено нарушение требований п.п.1 п.2 ст.171 НК РФ. Если основные средства перестали участвовать в создании добавленной стоимости, то НДС, уплаченный при приобретении их, подлежит восстановлению путем уменьшения очередных налоговых вычетов и отражения данных об этом в текущей налоговой декларации.

Все случаи, требующие восстановления НДС, перечислены в новой редакции пункта 3 статьи 170 НК РФ, введенной в действие с 01.01.2006г., однако ни один из них не подходит к ситуации, возникшей в результате ликвидации основных средств.

Поэтому претензия инспекции к непринятию обществом мер по восстановлению НДС в рассматриваемом случае отклоняется, как не основанная на нормах главы 21 НК РФ.

Кроме доначисления инспекцией суммы налога в размере 1745руб., произошло начисление еще одной суммы - 2488руб. Никаких документов, относящихся к вопросу правомерности начисления инспекцией еще и этой суммы налога, а также раскрывающих само обстоятельство начисления налога, не представлено.

В какой-то мере из разъяснений участвующих в деле лиц, а также из выписки из журнала проводок за декабрь 2006г. (стр.3 приложения N1) удалось установить, что уже после окончания выездной налоговой проверки общество представило уточненную декларацию по НДС за декабрь 2006г., из расчетов налога в которой, по сравнению с первоначально представленной декларацией, была удалена сумма восстановленного НДС в сумме 2488руб. Она соответствовала двум суммам НДС (1149,70руб. и 1338,62руб.), которые общество первоначально решило восстановить после ликвидации двух основных средств (тех же самых средств, о которых шла речь выше в настоящем эпизоде), но в результате появления разногласий по поводу начисления налога в сумме 1745руб. решило исключить восстановленные им самостоятельно налоги из декларации за декабрь 2006г.

По существу нарушение, вызвавшее дополнительно начисление НДС в сумме 2488руб., ничем по своему характеру не отличается от предыдущего. То есть, как отмечалось выше, ликвидация основных средств не включена в число оснований, обязывающих налогоплательщика восстанавливать НДС. Однако при этом необходимо еще иметь в виду и следующее.

Во-первых, произошло доначисление налога дважды (первый раз в меньшей сумме, второй раз - в большей, поскольку инспекция и общество по- разному учитывали остаточную стоимость ликвидированных основных средств и, соответственно, это отразилось на размере спорной недоимки. Во-вторых, подача уточненной декларации состоялась после окончания выездной налоговой проверки, а в акте проверки отсутствовали ссылки на выявление еще одного нарушения. Фактически у инспекции в связи с подачей уточненной налоговой декларации появилась обязанность проведения по ней камеральной проверки, а не право внести в решение по выездной проверке дополнительный вывод об обнаружении налогового правонарушения. Законом это не предусмотрено.

Требование общества, относящееся к оспариванию доначисления обеих сумм, а также к начислению суммы пени в размере 79руб. и начислению штрафа (с применением п.1 ст.122 НК РФ) в размере 149руб., признано подлежащим удовлетворению.

Эпизод 7.

На странице 43 оспариваемого решения инспекция разместила таблицу с информацией о задержках в перечислении обществом в бюджет удержанного им, как налоговым агентом, сумм НДФЛ.

При рассмотрении по этому поводу возражений общества, поступивших на акт выездной налоговой проверки, инспекция отклонила их на том основании, что коллективный договор, на который ссылалось общество, не имеет приоритета перед требованием закона, обязывающим налоговых агентов перечислять удержанные у источника выплаты доходов физических лиц суммы налога не позднее дня фактического получения в банке наличных денежных средств на выплату такого дохода, а также дня перечисления дохода со счетов налоговых агентов в банке на счета налогоплательщика либо по его поручению на счета третьих лиц в банках. В иных случаях налоговые агенты перечисляют суммы удержанного налога не позднее дня, следующего за днем фактического получения налогоплательщиком дохода.

Отклоняя возражения общества по приведенному основанию, инспекция фактически воспроизвела положения пункта 6 ст.226 НК РФ. То есть никакого нарушения закона инспекцией в тексте оспариваемого решения не допущено, а поэтому доводы общества, приведенные в заявлении в целях оспаривания вопросов о сроках перечисления в бюджет НДФЛ, судом отклоняются также.

Тем не менее инспекция сочла возможным согласиться с возможностью не начислять пеню, кроме случая, который возник в результате неверного указания обществом в платежном документе кода бюджетной классификации. Описание этого случая дано на странице 80 оспариваемого решения.

В платежном поручении N4007 от 17.01.2005г., по которому надлежало перечислить удержанный из доходов физических лиц НДФЛ, общество указало в нем КБК -18210102020011000110, тогда как требовалось указать КБК - 18210102021011000110 (разница в одиннадцатой цифре).

Далее, как указано в тексте решения, платеж был учтен Управлением Федерального казначейства по Санкт-Петербургу в невыясненных поступлениях, зачисляемых в федеральный бюджет.

Затем инспекция вынесла заключение от 24.01.2005г. N 36005 о надлежащем направлении платежа.

Тем не менее, инспекция решила начислить пеню на сумму платежа, перечислявшуюся по платежному поручению N4007 от 17.01.2005г., за период между 17.01.2005г. и 24.01.2005г.

Фактически спор по поводу вопроса о том, надлежало ли обществу, как налоговому агенту, перечислять удержанные суммы НДФЛ в тот же день, когда получались в банке средства для выплаты заработной платы, отсутствует. Как видно из текста оспариваемого решения и следует из пояснений, пеня была начислена за период в семь дней только по той причине, что органом Федерального казначейства из-за неверного указания в КБК одиннадцатой цифры - при оформлении обществом платежного поручения - платеж был временно задержан. Причем заключение о надлежащем направлении платежа, как было сообщено представителем инспекции в заседании, было составлено уже после того, как орган Федерального казначейства самостоятельно разобрался в том, куда нужно было зачесть сумму платежа, а само заключение инспекции явилось следствием получения такой информации от органа Федерального казначейства.

Согласно приложению N2 (классификация доходов бюджетов Российской Федерации) к Федеральному закону от 15.08.1996г. N115-ФЗ, оба кода, названные в оспариваемом решении (л.д.114; т.1), принадлежат налогу на доходы физических лиц. Одиннадцатая цифра «0» в коде, который был указан в платежном поручении общества, отражает принадлежность платежа к НДФЛ в целом. Что касается одиннадцатой цифры «1», которую надлежало указать, то она означает лишь вид источника удержания этого же налога, то есть доходы, облагаемые по ставке 13% (п.1 ст.224 НК РФ) и удерживаемые у тех физических лиц, которые не относятся к категории нерезидентов и не являются индивидуальными предпринимателями (частными нотариусами).

То есть, вне зависимости от того, что произошла замена одиннадцатой цифры, назначение самого платежа не претерпело никакого изменения. Утверждение инспекции о том, что по вине общества произошла задержка с зачислением платежа в бюджет субъекта Российской Федерации и что это обстоятельство явилось законным основанием для начисления пени, отклоняются, как несостоятельное.

Вопрос признания исполненной обязанности налогового агента по перечислению удержанных сумм НДФЛ разрешается не на основе своевременного реагирования органа Федерального казначейства на поступивший платеж, а на основе соблюдения требования, которое установлено пунктом 6 ст.226 НК РФ. Это требование, как выяснилось, было исполнено обществом в срок. Поэтому оснований для начисления пени не имелось, правила статьи 75 НК РФ не предусматривают ее начисление в подобных случаях.

В этом эпизоде спор разрешен в пользу общества.

Эпизод 8.

На странице 42 оспариваемого решения приведена таблица, в которой инспекция сосредоточила информацию о выявлении факта несоблюдения обществом условий статьи 81 НК РФ, предусмотренных для ситуации освобождения налогоплательщика от налоговой ответственности при подаче им уточненной налоговой декларации по НДС за июнь 2006г.

Эта декларация представлена была в инспекцию 21.08.2006г. с отражением в ней большей суммы налога, подлежащей уплате, по сравнению с ранее исчисленной, на 104852руб.

В этой части решения вообще отсутствуют какие-либо сведения о том, что общество не исполнило какую-либо обязанность или исполнило ее иначе, чем предусматривалось законом.

Ссылка на то, что в этом вопросе все-таки имелось нарушение, имеется только в акте выездной налоговой проверки на стр.86 (л.д.86;т.2). При этом в качестве основания для ссылки на несоблюдение обществом пункта 4 статьи 81 НК РФ названа неуплата обществом пени. Упоминания о том, что не был уплачен налог до подачи уточненной декларации, или имелась не погашенная вследствие подачи уточненной декларации недоимка по НДС, в акте проверки нет.

Тем не менее, в резолютивной части имеется (на стр.85 оспариваемого решения) часть таблицы (5-ый раздел) о начислениях штрафов, в которой сказано, что общество привлечено к налоговой ответственности с применением п.1 ст.122 НК РФ за занижение налоговой базы по налогу на добавленную стоимость. Штраф в размере 20% был исчислен с выше названной суммы (104852руб.) и составил 20966руб.

Никаких конкретных сведений о занижении налоговой базы, которая определяется на основаниях, установленных статьей 153 НК РФ, инспекция не привела. Нет ни в акте проверки, ни в оспариваемом решении и сведений о неуплате самого налога, который составлял бы 104852руб. по той разнице, на которую он был скорректирован в новом расчете.

В своих доводах о необоснованном привлечении его к налоговой ответственности с начислением указанной суммы штрафа общество сослалось на справку о состоянии его расчетов с бюджетом, согласно которой, у него имелась переплата по НДС (л.д.124-126; т.1).

Инспекция, в свою очередь, сослалась на то, что от общества не поступило заявление о зачете имевшейся переплаты по налогу в целях уплаты пени.

В данном случае спор разрешается в пользу общества в связи с нижеследующим.

Переплата по налогу уже подразумевает отсутствие необходимости начисления пени. Во-вторых, инспекцией не было поставлено общество в известность о наличии переплаты по налогу, как это предусмотрено пунктом 3 ст.78 НК РФ. В-третьих, ответственность, установленная пунктом 1 ст.122 НК РФ, применяется не автоматически по причине неуплаты пени, а в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога или других неправомерных действий, которые привели к неуплате или неполной уплате налога. Штраф при этом исчисляется в размере 20% от неуплаченной суммы налога. Инспекция, как следует из вышеизложенного, не имела никаких претензий к обществу по поводу неуплаты им налога в сумме 104852руб. Следовательно, не было и правовых оснований к начислению штрафа.

В заключительной части своих требований общество поставило вопрос об уменьшении судом размера штрафных санкций, со ссылкой на свою добросовестность и отсутствие цели сокрытия прибыли. Сослалось общество также на устранение допущенных им налоговых правонарушений, на уплату при этом налогов, пеней, а также на неточность нормативных правовых актов.

То, что общество самостоятельно стало устранять ряд налоговых правонарушений после получения акта выездной налоговой проверки, уже было учтено инспекцией при вынесении оспариваемого решения, и инспекция на это отреагировала уменьшением размера санкций.

Те суммы штрафов, которые надлежало бы уменьшить, общество вообще не называет. Наоборот, как следует из характера споров в отношении спорных эпизодов, оно не признавало законным их начисление, а поэтому ссылки при этом общества на свою добросовестность неуместны и безосновательны.

То есть наличие каких-либо смягчающих ответственность общества обстоятельств, с которыми закон связывает возможность суда признать их таковыми и уменьшить при этом размер штрафа, не установлено, если принять во внимание характер рассматриваемого в настоящем деле спора и результат судебного разбирательства. Оснований для уменьшения размера штрафа не имеется.

Руководствуясь статьями 104, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд решил:

1. Решение от 29.02.2008 N 7.14/0144, вынесенное межрайонной инспекцией ФНС России N25 по Санкт-Петербургу, признать недействительным в следующих частях:

- в части выводов о неуплате и предложений уплатить налог на прибыль за 2004-2006годы в сумме 1070109руб., а также начисления при этом пени в сумме 992руб.;

- в части выводов о неуплате и предложений уплатить НДС в сумме 1600244руб., а также начисления при этом пени в сумме 28612руб. и в части привлечения заявителя к налоговой ответственности (с применением п. 1 ст.122 НК РФ) с начислением штрафа в сумме 75055руб.;

- в части вывода о просрочке перечисления НДФЛ и начисления в этой связи пени в сумме 3661руб.

2. В удовлетворении остальной части заявления отказать.

3. Судебные расходы по делу отнести на заявителя.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения или кассационная жалоба в Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в силу.

Судья
Левченко Ю.П.



Электронный текст документа
подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка

Номер документа: А56-7410/2008
Принявший орган: Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области
Дата принятия: 15 апреля 2008

Поиск в тексте