• по
Более 55000000 судебных актов
  • Текст документа
  • Статус


ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 22 ноября 2000 года N 311-П00ПР


[Протест на приговор, по которому лица осуждены по п.п."ж", "к" ч.2 ст.105, п.п."а", "б", "в", "г" ч.2 ст.162 УК РФ, оставлен без удовлетворения, поскольку ст.342 УПК РСФСР не содержит такого основания к отмене приговора, как то, которое указано в протесте - отказ государственного обвинителя в суде первой инстанции от обвинения]

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего - Радченко В.И., членов Президиума - Жуйкова В.М., Каримова М.А., Кузнецова В.В., Меркушова А.Е., Петухова Н.А., Сергеевой Н.Ю., Смакова Р.М., рассмотрел дело по протесту заместителя Генерального прокурора Российской Федерации К-ва С. на приговор Тюменского областного суда от 25 июня 1999 года, определение Тюменского областного суда от 25 июня 1999 года и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 1999 года в отношении А-на С., Н-ва М. и К-ва А.

По приговору Тюменского областного суда от 25 июня 1999 года

А-ин С., ..., судимый 16 июня 1999 года по п.п.“а”, “б” ч.2 ст.166, п.п.“а”, б”, “в” ч.2 ст.158, п.п.“а”, “б”, “г” ч.2 ст.161 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы, -

осужден по п.п.“ж”, “к” ч.2 ст.105 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по п.п.“а”, “б”, “в”, “г” ч.2 ст.162 УК РФ к 8 годам лишения свободы, с применением ч.3 ст. 69 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы в воспитательной колонии общего режима;

К-ов А., ... , несудимый,

осужден по ч.3 ст.30, п.“д” ст.131 УК РФ к 4 годам лишения свободы, по п.п.“ж”, “к” ч.2 ст.105 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы, по п.п.“а”, “в”, “г” ч.2 ст.162 УК РФ к 7 годам лишения свободы, с применением ч.3 ст.69 УК РФ к 10 годам лишения свободы в воспитательной колонии общего режима;

Н-ев М., ..., судимый 16 июня 1999 года по п.п.“а”, “б” ч.2 ст.166, п.п.“а”, б”, “в” ч.2 ст.158, п.п.“а”, “б”, “г” ч.2 ст.161 УК РФ к 5 годам лишения свободы, -

осужден по п.п. “ж”, “к” ч.2 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы, по п.п.“а”, “б”, “в”, “г” ч.2 ст.162 УК РФ к 8 годам лишения свободы, с применением ч.3 ст.69 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы в воспитательной колонии общего режима.

С осужденных взысканы солидарно в пользу Тюменского областного бюро судебно-медицинских экспертиз судебные издержки.

Определением Тюменского областного суда от 25 июня 1999 года уголовное преследование в отношении А. по ст.131 ч.2 п.п.“б”, “д” УК РФ и Николаева М.С. по ст.131 ч.2 п.п.“б”, д”, 132 ч.2 п.п.“а”, “д” УК РФ прекращено в связи с отказом прокурора от обвинения в этой части.

Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 1999 года приговор в части осуждения Константинова по ч.3 ст.30, п.“д” ч.2 ст.131 УК РФ отменен и дело прекращено за недоказанностью вины, приговор в отношении А-на, К-ва и Н-ва изменен - исключено их осуждение по п.“к” ч.2 ст.105 УК РФ.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п.“ж” ч.2 ст.105 УК РФ, п.п.“а”, “в”, “г” ч.2 ст.162 УК РФ, Константинову назначено наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии общего режима.

Приговор в части взыскания с осужденных судебных издержек в пользу Тюменского областного бюро судебно-медицинской экспертизы отменен и дело прекращено.

В остальном приговор оставлен без изменения.

В протесте поставлен вопрос об отмене: приговора и кассационного определения в части осуждения А-на С., Н-ва М. и К-ва А. по п.п.“ж”, “к” ч.2 ст.105 УК РФ, а К-ва А. и по ч.3 ст.30, п.“д” ч.2 ст.131 УК РФ; определения суда о прекращении уголовного преследования в отношении А-на С. по п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131 УК РФ и в отношении Н-ва М. по п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131, п.п.“а”, “д” ч.2 ст.132 УК РФ и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Мещерякова Д.А., выступление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Д-ва В., поддержавшего протест, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

установил:

По приговору суда К-ов признан виновным в покушении на изнасилование В-ой Н., он же, А-ин и Н-ев - в ее умышленном убийстве, совершенных в поселке Винзили Тюменского района Тюменской области при следующих обстоятельствах.

В ночь с 17 на 18 января 1999 года несовершеннолетние А-ин, К-ов и Н-ев в квартире А-на распивали спиртные напитки. Здесь же находились несовершеннолетние В-ва Н. и В-ая М.. Н-ев, К-ов и А-ин договорились совершить насильственный половой акт с В-ой, а затем убить ее, чтобы она не сообщила в правоохранительные органы. Н-ев и А-ин поочередно совершили половой акт с согласия В-ой. Затем К-ов предложил В-ой вступить с ним в половую связь, но она не согласилась. Тогда он ударил В-ву, насильно уложил на кровать, пытался снять с нее одежду, но, встретив активное сопротивление, не смог этого сделать.

Реализуя умысел на убийство, К-ов сел на грудь В-ой и стал душить ее, сдавливая руками горло, а потом позвал Н-ва с А-ым. Н-ев с целью подавления сопротивления В-ой держал ее ноги, а А-ин душил девушку, накинув ей на шею провод от электрического чайника, а затем передал концы провода К-ву, а сам наступил ногой на горло потерпевшей. Преодолевая сопротивление В-ой, которая руками ухватилась за провод, Н-ев ножом порезал ей кисть левой руки. Убив В-ву, осужденные связали ей веревкой руки и ноги, одели на голову целлофановый пакет, закрутили в покрывало, вынесли труп на крышу дома и сбросили на землю. Перед выносом трупа А-ин, желая убедиться в смерти В-ой, трижды ударил ее табуретом по голове, причинив перелом основания черепа.

Смерть В-ой наступила от удушения, вызванного сдавлением органов шеи петлей.

В протесте, не оспаривая осуждение А-на, Н-ва по п.п.“а”, “б”, “в”, “г” ч.2 ст.162 УК РФ, а К-ова по п.п.“а”, “в”, “г” ч.2 ст.162 УК РФ, указывается, что приговор, определение Тюменского областного суда и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации подлежат отмене по следующим основаниям.

Ошибочная позиция государственного обвинителя, необоснованно отказавшегося от поддержания обвинения А-на, К-ва и Н-ва в изнасиловании несовершеннолетней группой лиц по предварительному сговору, а Н-ва, кроме того, в совершении насильственных действий сексуального характера в отношении несовершеннолетней и необходимость соблюдения требований постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 1999 года N 7-П повлекли постановление противоречивого приговора, содержащего несоответствующие фактическим обстоятельствам дела выводы, а также необоснованное прекращение уголовного дела в отношении А-на по обвинению по п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131 УК РФ, в отношении Н-ва по обвинению по п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131 УК РФ и п.п.“а”, “д” ч.2 ст.132 УК РФ, ошибочную переквалификацию действий К-ва с п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131 УК РФ на ч.3 ст.30, п.“д” ч.2 ст.131 УК РФ, повлекшую отмену приговора кассационной инстанцией с прекращением дела производством по ч.3 ст.30 и п.“д” ч.2 ст.131 УК РФ и исключение осуждения всех по п.“к” ч.2 ст.105 УК РФ.

В приговоре фактические обстоятельства умышленного убийства В-ой изложены правильно и нашли подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами: показаниями осужденных на предварительном следствии и в суде, показаниями свидетеля-очевидца В-кой, протоколами осмотра места происшествия, заключениями судебно-медицинской, судебно-биологической экспертиз. Действия А-на, К-ва и Н-ва суд правильно квалифицировал по п.п.“ж”, “к” ч.2 ст.105 УК РФ.

Выводы суда о том, что осужденные договорились совершить насильственный половой акт с В-ой, а затем убить ее, чтобы она не сообщила в правоохранительные органы, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Так, из заявления К-ва на имя прокурора Тюменского района видно, что он предложил А-ну и Н-ву совершить половой акт с В-ой, а затем убить ее, и те согласились (т.1 л.д.208).

В ходе осмотра места происшествия К-ов показал, что еще до совершения полового акта с В-ой они договорились убить ее, чтобы она не сообщила в органы милиции об изнасиловании. По объяснению Н-ва и А-на они совершили половой акт с В-ой. Он, К-ов, также предложил ей совершить половой акт, но В-ва отказала. Тогда он бросил ее на кровать и с целью убийства начал душить руками.

Допрошенный на предварительном следствии К-ов показал, что еще до вступления в половую связь с В-ой они с А-ым и Н-ым договорились ее убить. Когда В-ва отказала ему в совершении полового акта, он повалил ее на кровать, сел на нее и начал душить, затем позвал Н-ва и А-на и они, действуя согласованно, задушили потерпевшую (т.1 л.д.246).

Из показаний осужденного А-на на предварительном следствии видно, что В-ву они убили, опасаясь того, что она сообщит в органы милиции о покушении на ее изнасилование К-ым, который ударил ее, повалил на кровать и начал душить.

Н-ев на предварительном следствии показал, что К-ов предложил ему и А-ну изнасиловать В-ву Н., они согласились. Он и А-ин совершили половой акт с В-ой, а потом в комнату зашел К-ов и через некоторое время позвал их к себе. Константинов душил В-ву, а они помогли ему и втроем задушили потерпевшую (т.1 л.д.229-230).

Доводы Н-ва и А-на о том, что они совершили половой акт с согласия В-ой, опровергаются доказательствами по делу.

Судебно-медицинской экспертизой на теле потерпевшей В-ой обнаружены прижизненные повреждения: резаная рана на лице, ссадины на лице, груди, кровоподтеки на ногах. Установлено, что резаная рана на лице возникла незадолго до смерти или вскоре после нее от действия режущего предмета. Остальные повреждения возникли в пределах суток до наступления смерти от действия тупых предметов (т.1 л.д.31-34).

По заключению судебно-биологической экспертизы в смыве с ванной, на фрагменте марли, на пачке из-под сигарет “Прима” обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от В-ой (т.1 л.д.59-66). С учетом того, что в ванную комнату В-ва заходила после совершения полового акта с Н-ым, это обстоятельство свидетельствует о том, что телесные повреждения она получила до убийства. Кроме того, экспертом установлено, что в содержимом прямой кишки В-ой обнаружена сперма, происхождение которой не исключается от Н-ва, что подтверждает совершение Н-ым также и насильственных действий сексуального характера (т.1 л.д.72-81).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта у А-на имелись повреждения - ушиб мягких тканей нижней челюсти слева, кровоподтек в левой височной области, которые возникли от действия тупых предметов 18-21 января 1999 года. Со слов А-на повреждения он получил в результате падения с лестницы 19 января 1999 года (т.1 л.д.117).

По заключению судебно-медицинского эксперта у Н-ва имелись повреждения - кровоподтек на груди слева, ссадина на левом предплечье, которые возникли от действия тупых предметов 18-20 января 1999 года. Причину получения повреждений Н-ев не объяснил (т.1 л.д.214, 216).

Органы следствия пришли к обоснованному выводу о том, что повреждения А-ин и Н-ев получили в результате оказания им сопротивления потерпевшей при изнасиловании.

Свидетель В-ая на следствии и в суде поясняла, что видела, как Н-ев приставал к В-ой, а затем Н. закричала. Она вошла в комнату и увидела, что В-ва лежит на кровати, а Н-ев - на ней. Чуть позже Н-ев пришел на кухню в одних плавках и сказал, что совершил половой акт с В-ой. Н. в это время пошла в ванную и попросила принести ей одежду, но парни запретили это сделать. Из ванной В-ву вывел А-ин и ушел с ней в комнату. Через некоторое время он вернулся на кухню и сказал, что совершил половой акт с В-ой. После него в комнату пошел К-ов, сказав, что если В-ва не вступит с ним в половую связь, то он ее убьет (т.1 л.д.250-252, т.2 л.д.237).

Эти показания В-кой в совокупности с другими данными свидетельствуют о том, что к В-вой с самого начала было применено насилие.

Свидетель П-ва на следствии и в суде показала, что 18 января 1999 года, около 23 часов, к ней домой пришли Н-ев, А-ин, К-ов и В-ая. Осужденные рассказали ей, что они “убили девчонку”, а перед этим издевались над ней, приставляли нож к горлу, чтобы она вступила с ними в половую связь, а после изнасилования убили ее и сбросили с крыши (т.2 л.д.18, 214).

При таких обстоятельствах органы следствия действия Н-ва, А-на и К-ва правильно квалифицировали по п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131 УК РФ как изнасилование несовершеннолетней, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а действия Н-ва и по п.п.“а”, “д” ч.2 ст.132 УК РФ как насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетней, лицом, ранее совершившим изнасилование.

В суде подтвердилось обвинение, предъявленное осужденным. Однако государственный обвинитель вопреки установленному необоснованно отказался от обвинения, а суд в связи с этим уголовное преследование в отношении А-на по п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131 и Н-ва по п.п.“б”, “д” ч.2 ст.131, п.п.“а”, “д” ч.2 ст.132 УК РФ прекратил за недоказанностью их вины.

Необоснованный отказ государственного обвинителя от обвинения не может служить препятствием к пересмотру в порядке надзора судебного решения.

Действия К-ва, направленные на изнасилование В-ой, суд квалифицировал по ч.3 ст.30 и п.“д” ч.2 ст.131 УК РФ как покушение на изнасилование несовершеннолетней.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила приговор в отношении К-ва в части осуждения его по ч.3 ст.30 и п.“д” ч.2 ст.131 УК РФ и дело прекратила, мотивируя тем, что его обвинение в покушении на изнасилование В-ой не основано на исследованных судом доказательствах.

Выводы суда второй инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Из показаний К-ва на предварительном следствии видно, что именно он предложил А-ну и Н-ву изнасиловать и убить В-ву, чтобы она не сообщила в правоохранительные органы об изнасиловании (т.1 л.д.236).

Как пояснил на предварительном следствии Н-ев, именно К-ов предложил ему и А-ну изнасиловать В-ву (т.1 л.д.229-230).

Из показаний А-на следует, что В-ву они убили в связи с тем, что она могла сообщить в правоохранительные органы о действиях К-ва (т.1 л.д.224-226).

При таких обстоятельствах органы следствия К-ва, А-на и Н-ва обоснованно признали соисполнителями группового изнасилования.

Суд второй инстанции исключил из осуждения Н-ва, А-на и К-ва п.“к” ст.105 УК РФ. Это решение ошибочно, поскольку установлено, что убийство В-ой было совершено с целью сокрытия другого преступления.

Необоснованное изменение квалификации действий осужденных повлекло назначение А-ну и Н-ву мягкого наказания, не соответствующего тяжести содеянного ими.

Кроме того, в определении суда второй инстанции указано, что изменение квалификации действий осужденных не влечет за собой смягчения наказания.

Вместе с тем, судом К-ву наказание снижено с 10 лет лишения свободы до 9 лет 9 месяцев.

Президиум находит, что протест удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как видно из протокола судебного заседания, по данному делу государственный обвинитель в судебных прениях отказался от обвинения А-на по ст.131 ч.2 п.п.“б”, “д”, 132 ч.2 п.п.“а”, “д” УК РФ и суд, в связи с отказом от обвинения, уголовное преследование в отношении этих лиц по этому обвинению прекратил.

В отличии от государственного обвинителя, непосредственно участвовавшего в исследовании обстоятельств дела в судебном заседании, прокурор, принесший протест в Президиум Верховного Суда Российской Федерации, в качестве доказательств виновности А-на и Н-ва в совершении вышеуказанных преступлений ссылается на данные предварительного следствия по делу, изложенные в обвинительном заключении.

Между тем, отказ прокурора от поддержания обвинения в суде должен приводить - в системе действующих уголовно-процессуальных норм при их конституционном обосновании - к постановлению в отношении обвиняемого оправдательного приговора. Это означает, что обвинительное заключение в целом или в соответствующей его части не может определять основу и пределы рассмотрения уголовного дела в суде.

Суд первой инстанции в полном соответствии с положениями постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 1999 года по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой статьи 232, части четвертой статьи 248 и части первой статьи 258 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР уголовное преследование в отношении А-на и Н-ва прекратил.

Данное решение суда является законным и основано на вышеуказанном постановлении Конституционного Суда Российской Федерации.

В соответствии со ст.379 УПК РСФСР основанием к отмене приговора при рассмотрении дела в порядке надзора являются обстоятельства, указанные в статье 342 настоящего Кодекса.

Однако ст.342 УПК РСФСР не содержит такого основания к отмене приговора, как то, которое указано в протесте - отказ государственного обвинителя в суде первой инстанции от обвинения.

При таких обстоятельствах, в связи с отсутствием в уголовно-процессуальном законе оснований к отмене приговора, на которые указано в обоснование протеста, протест удовлетворению не подлежит.

Что касается доводов протеста о необоснованности отмены приговора и прекращения дела кассационной инстанцией в отношении К-ва по ч.3 ст.30 и п.“д” ч.2 ст.131 УК РФ, то их нельзя признать убедительными.

На предварительном следствии К-ов показал, что после совершения А-ым и Н-ым половых актов с В-ой с ее согласия, он также решил совершить половой акт, а в случае отказа - убить В-ву, заранее договорился с А-ым и Н-ым о том, что они будут участвовать в убийстве. Зайдя в комнату, где находилась В-ва, он предложил ей совершить половой акт, а когда та отказалась, то не предпринял никаких действий, направленных на изнасилование, повалил В-ву на кровать и сразу стал душить. Он позвал на помощь А-на и Н-ва, вместе с которыми задушил потерпевшую.

Эти показания подтвердили осужденные А-ин и Н-ев, свидетель В-ая.

При таких обстоятельствах кассационная инстанция обоснованно пришла к выводу о том, что доказательств вины К-ва в покушении на изнасилование потерпевшей не имеется, приговор в этой части отменила и дело прекратила, а также исключила осуждение А-на, Н-ва и К-ова по п.“к” ч.2 ст.105 УК РФ.

Ссылка в протесте на показания свидетеля П-ой о том, что осужденные рассказали ей об угрозе ими потерпевшей ножом при изнасиловании, не может быть принята во внимание, так как обвинение в совершении этих действий осужденным не предъявлялось.

В обоснование доводов о примененном к потерпевшей насилии при совершении половых актов в протесте указано на заключение судебно-медицинской экспертизы об обнаружении на теле потерпевшей прижизненных повреждений: резаной раны на лице, ссадин на лице, груди, кровоподтеков на ногах. Установлено, что резаная рана на лице возникла незадолго до смерти или вскоре после нее от действия режущего предмета.

Однако и с этими доводами согласиться нельзя, так как в обвинительном заключении по делу (л.д.190) указано, что данные повреждения предположительно возникли при падении тела В-ой с крыши.

Такое указание органов предварительного следствия исключает возможность считать, что такие телесные повреждения у потерпевшей нанесены непосредственно осужденными.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что по делу были приняты правильные судебные решения на основании полученных доказательств и оснований к их отмене не имеется.

Руководствуясь п.1 ст.378 УПК РСФСР, Президиум Верховного Суда Российской Федерации

постановил:

Протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации по делу в отношении А-на С., Н-ва М. и К-ва А. оставить без удовлетворения.




Электронный текст документа
подготовлен ЗАО "Кодекс" и сверен по:
файл-рассылка




Номер документа: 311-П00ПР
Принявший орган: Верховный Суд Российской Федерации
Дата принятия: 22 ноября 2000

Поиск в тексте